Холодное сердце Хальгорда

Наблюдая за этими петухами, я сжалась в комочек и уже тысячу раз пожалела, что спросила про штаны, эти начнут драться и меня не заметят.

— Хватит! — грозный рык Хальгорда мигом успокоил раздурившихся мужчин, — в мешке глянь, нитки и игла здесь, сама ушьёшь. Убогая…

Кинув в меня мешочек, судя по всему, со швейными принадлежностями и подтолкнув мешок к моим ногам, Хальгорд снова ушёл к носу драккара.

Бруно с жалостью посмотрел на меня, что-то пробурчал о немощных девицах и тоже покинул мой закуток.

— Посмотрим, что здесь у нас, — преувеличенно бодрым голосом произнесла я, развязывая мешок, продолжать бояться каждого их рыка, мне стало надоедать, состояние шока проходит, хм… а может это и хмельной напиток на меня так действует.

В нём лежали: длинная шерстяная рубаха, короткие мешковатые штаны, чулки и прямоугольная накидка. Всё это было, конечно, большое, но хотя бы чистое.

Швея из меня так себе, а вкупе с грубой тканью, тупой иглой и толстой ниткой, это был кошмар. Но я упорная, а когда разозлюсь, так ещё и очень продуктивная. Не обращая внимания ни на хмыканье дикарей, не на показательное закатывание к небу глаза Бруно, я с трудом выпросив острый нож у него же, разложив на палубе вещи, принялась их кромсать, подгоняя под нужный мне размер.

— А она ничего так, — глумливо сказал один из бородатых, разглядывая меня.

Я всё ещё ходила в непонятном сером одеянии, то ли это была ночная сорочка, когда-то белая, то ли это было платье, хотя странное.

— Заткнись! — рыкнул, появившийся из ниоткуда Хальгорд, и немного помолчав, обратился уже ко мне, — накидку одень!

— Хорошо, — кивнула, быстро схватив коричневый прямоугольник, кое-как закрепив его на груди, чьим-то зубом."

"Спорить с этим дикарём мне было страшно, хотя я и не понимала, что в моём наряде не так. Ткань довольно плотная, не просвечивает, да и хоть и зима на улице, было не слишком холодно.

Три дня я перешивала для себя одежду, штаны между ногами вышли кривыми и их перекашивало на левую сторону, но это безобразие мне удалось прикрыть длинной рубахой, хоть она получилась вполне сносной. Обувь я оставила, ту, что была на мне, кожаные ботинки, предложенные одним из сердобольных викингов, оказались большими, а перешивать я не решилась. Напялив на себя сей наряд, я горестно вздохнула:

— Нда, хоть сейчас на подиум.

— Есть будешь? Осталось только вяленое мясо и сухари

— Буду, спасибо, — кивнула, заплетая волосы.

За эти дни я почти подружилась с Бруно и даже заштопала ему рубаху, предупредив, что не умею этого делать. Мужчина удивлялся, зачем мне тогда был нужен целый сундук с рукоделием, отвечать на этот вопрос не стала... сказать не моё?

— Скоро прибудем к Гриту, пополним запасы.