Холодное сердце Хальгорда

— Вёльва в лес пойдёт, её Асвёрд проводит, время пришло сбора особой травы — продолжил рассказывать конунг, — три ночи её не будет, а Алина поживёт у Хакона, там она любит бывать.

— Хм…, — растерянно пробормотала, чувствуя, странное томление внизу живота.

— Я подумал, тебя будет смущать присутствие девочки, — озабоченно взглянув на меня, произнёс Хальгорд.

— Всё в порядке, — поспешила успокоить мужчину, мысленно борясь со своими тараканами в голове.

— Эви…

— Хальгорд, всё хорошо, правда, — прошептала, чуть коснувшись рукой его плеча, я была тут же обнята и прижата к широкой груди будущего мужа.

— Завтра, — тихо произнёс Хальгорд, втянув запах моих волос.

— Завтра, — эхом отозвалась я, уткнувшись в Хальгорда, я тоже вдохнула приятный и родной запах мужчины.

Глава 32

- Хальгорд-

— Ты как? Готов?

— Давно, — хмуро ответил я, устремив свой взор на разбушевавшейся океан, то же самое сейчас творилось у меня внутри.

Что-то гложило, не давало покоя, но я не понимал и не видел, что не так и это особенно нервировало. А волны продолжали с грохотом обрушиваться на берег, утаскивая за собой камни и топляк, который не успели собрать мальчишки. Сегодня океан был особенно суров, словно предупреждая, он снова и снова бросался на берег, оставляя после себя мокрые следы на песке.

Песок… надо же, придумала его греть, получая из него стекло. Недоверчивый и грозный Хакон теперь ей «в рот заглядывает», внимает каждому слову и верит безоговорочно. А Кьярваль, тот готов на руках носить, за подсказки. Да что там, Бруно, Эйнар, Свейн все они смотрят на мою Эви, как на сошедшую с небес богиню."

"— Ну хоть прекратишь все ночи у порога дома Старой вёльвы проводить, — с усмешкой бросил Бруно, прерывая мои мысли, — а то совсем с лица спал, караулишь, чтобы не ломился к ней никто, да и мальчишкам отдых наконец дашь.

— Если бы не Хейда, я сразу по прибытии забрал Эвелин в свой дом, — сердито буркнул, вспоминая давний разговор с вёльвой.

В тот день она задержала меня в доме, сжав до боли мою ладонь, смотрела в глаза цепким немигающим взглядом и шептала: «Не спеши… Она другая… Завоюй её доверие, и она будет навеки твоя… во всех мирах». Казалось, тогда через Хейду вещал сам Один, так жутко горели глаза вёльвы.

— Так права же оказалась, — равнодушно пожал плечами Свейн, — Эви другая, ей требовалось привыкнуть к нам, к тебе. Да и в доме у тебя Гудрун хозяйничает, как они обе уживутся?

— Гудрун уже завтра к сестре уезжает, — хмыкнул Бруно, — девка совсем сдурела, спорить с самим конунгом.

— И как согласился взять её к себе дом Снор, — расхохотался Свейн, — помнишь, что Гудрун с сестрицей учудили, ярл до сих пор с содроганием вспоминает и клялся, что никогда не возьмёт к себе на постой эту особу.