Холодная

Но мне все ранво не верится, что это может быть правдой, поэтому я грустно улыбаюсь и тихо произношу:

— А Егор называет меня бесчувственной.

— Он слепой болван, — голос Максима почему-то хрипит.

Я не отвечаю. Я не хочу сейчас думать о Егоре.

Секунда, две, три.

Я не знаю, что мною двигает. Но я медленно, с опаской, тяну ладонь к лицу Максима и едва ощутимо касаюсь пальцами раны на губе. И в этот момент происходит то, чего со мной не было никогда. От прикосновения к его коже по телу проходит разряд тока. Тот самый, который описывают в любовных романах. Тот самый, которого у меня никогда не было с Егором.

— Когда-нибудь у меня случится инфаркт от твоих драк, — я говорю шепотом, сама не осознавая того, что этими словами выдаю себя.

— Не так уж и много моих драк ты видела, — он говорит так же тихо и слегка улыбается.

Секунда, и я прихожу в себя. Господи, что я только что сказала! Я же выдала себя с потрохами. Конечно, Максим думает, что я видела только одну его драку. Ту, что у дома репетитора. Он же не помнит, что однажды в детстве я тоже была свидетелем его драки. И, конечно, же, он не знает, что я, как долбанный сталкер, полгода смотрела его записи с соревнований, пока он не приехал. Справки наводила. Ага, как же.

— Вот перекись и вата, — быстро протягиваю ему и спешу удалиться, пока Максиму не показались подозрительными мои слова. Он еще пытается меня как-то задержать, что-то спрашивает про мои холодные руки, но я быстро убегаю.

Дальше мне просто сносит крышу. Моя реакция на Максима меня сильно пугает. Еще никогда и ни с кем у меня такого не было. Я хочу, чтобы он все время был рядом, но в то же время, я боюсь этого. Его близость дезориентирует. Теперь мне стоит очень больших усилий удерживать на лице привычную маску безразличия."

"Отец никогда не предупреждал, что однажды может встретиться человек, рядом с которым эта маска сама затрещит по швам. И самое обидное, что ему даже ничего не придется для этого делать. Будет достаточно просто стоять рядом и молчать.

Два бокала шампанских на Викиной вечеринке явно были лишними. Именно они унесли мою маску в небытие. Я не могу не смотреть на него. Как он разговаривает с одноклассниками, как внимательно слушает Егора на террасе, как смеется с Олейниковой.

Он приглашает ее на танец, и она соглашается. Прижимает к себе близко, она что-то шепчет ему на ухо, он снова смеется.

Мой герой танцует с другой, и меня рвет на куски. Воздух предательски заканчивается, и, кажется, я уже близка к потере сознания.

Олейникова диктует Максиму свой номер телефона.

— До завтра, Максим! — Радостно щебечет ему Оля.

— До завтра, — отвечает он ей и радостно улыбается.

Это выстрел в голову. Глаза начинает предательски щипать, я поспешно отворачиваюсь. Моя маска уже давно растоптана стадом лошадей.