Холодная

— Потому что я твоя девушка, а Самойлов приперся в мой дом!

— Ну и что? Он твой сводный брат! Почему тебе так сложно это принять?

— Он мне такой же брат, как и тебе! — Я уже не сдерживаюсь и кричу.

Кузнецов лишь отмахивается от меня рукой.

— Заканчивай эту дебильную истерику. Он нормальный пацан, и я не вижу причин, из-за которых я не должен с ним общаться.

— А ничего, что он каждый день дома на меня пялится? — Я хитро прищурилась. Пора пускать в ход тяжелую артиллерию.

Егор скептически сморщился.

— Ему на тебя вообще по фиг.

Я резко осеклась. Эти слова меня задели, а в сердце что-то больно кольнуло. В то время, как я думаю о Самойлове ежесекундно, ему на меня по фиг. Я ненавижу, что он много в чем меня превосходит, что он очень нравится моему отцу, что мои друзья от него без ума, что он в конце концов уделал меня в школе практически по всем предметам.

Этот наглец медленно, но верно, похищает мою жизнь.

А еще я ненавижу чувство дежавю в его присутствии. Оно накрывает меня снова и снова. Дома за завтраком и ужином, в школе за обедом, в машине по дороге на учебу, на уроках, когда Максим выходит к доске, а я на него смотрю, или, когда к доске иду я и ловлю на себе его взгляд. Это дежавю всегда и везде.

А отец еще предложил нам с Максимом заниматься английским с репетитором в паре. Да я свихнусь, если он два часа будет сидеть в полуметре от меня.

От безысходности я уже почти смирилась и с дежавю, и с тем, что Максим украл мою жизнь... Но все резко изменилось в один день…

Выхожу из кабинета преподши по английскому, одеваюсь, стараясь не смотреть на Максима, прощаюсь с учительницей и выхожу на лестничную площадку. Пока Самойлов пытается справиться со шнурками, нажимаю кнопку вызова лифта. Неожиданно двери тут же открываются. Отлично. Лифт настолько маленький, и мы с Максимом настолько близко друг к другу в нем стоим, что дежавю меня просто душит. Так что это мой шанс хотя бы минуту подышать спокойно.

Быстро проскальзываю в кабинку и нажимаю на кнопку первого этажа. Внизу все-таки задерживаюсь на пару десятков секунд, чтобы Максим не сильно далеко от меня шел. Я знаю, он гордый и догонять не будет. А уже темно и реально стремно идти одной. К тому же именно так не стало моей мамы. С этим репетитором я начала заниматься в мае, когда уже довольно поздно темнело и ходить было не страшно, поэтому даже не думала, что поздней осенью могут возникнуть такие проблемы.

Слышу, что лифт едет вниз и выхожу из подъезда. Спокойно иду по тротуару, затылком чувствуя взгляд Максима. Он довольно близко. Это хорошо.

— Эй, девушка, маме зять не нужен? — Выкрикивает мне какой-то придурок.

Так, Кристина, спокойно. Не обращай внимания.