Холодная

Быстро спускаюсь вниз, натягиваю куртку, обуваюсь и выхожу к машине. По указанному Олей адресу я приезжаю за пять минут до назначенной встречи, но девушка уже ждет меня. На ней теплый синий пуховик, джинсы, серые угги и белая шапка с помпоном. Лицо практически без косметики, лишь глаза аккуратно подведены тушью.

— Ну привет, соня! — Я спешу к ней с улыбкой.

— Привет, жаворонок! — Она тоже мне улыбается. Так тепло и по-доброму. — Ты всегда по выходным так рано встаешь?

— Да. У меня с утра спорт. А ты всегда по выходным так долго дрыхнешь?

— Пф, это еще не долго! Однажды я спала до 5 часов при том, что легла около 10 вечера.

— Вот это да! — Я правда удивляюсь.

Она смеется.

— Ну, — Оля серьезнеет, — давай перейдем дорогу и начнем нашу экскурсию по Булгаковским местам. — Я иду за ней, и она продолжает. — Вот это и есть знаменитые Патриаршие пруды из «Мастера и Маргариты». Правда, в это время года тут отвратительно. Но зато летом! — Она задумчиво вздыхает. — Летом тут просто волшебно.

Мы входим на территорию, и передо мной открывается прямоугольный пруд с заледенелой водой. Вокруг него дорожка с лавочками, на противоположной стороне от нас стоят какие-то памятники. Издалека я не могу их рассмотреть.

— Начнем с того, что Патриаршие пруды — это всего один пруд. Почему он называется во множественном числе, никто не знает, — начинает Оля голосом экскурсовода. — А вот и знак «Запрещено разговаривать с незнакомцами», — Она подводит меня к псевдоавтомобильному знаку, на котором изображены три фигуры, перечеркнутые красным. — Максим, а ты везунчик! — Он поднимает на меня голову.

— Почему? — Я перевожу взгляд со знака на нее.

— Потому что фанаты «Мастера и Маргариты» все время этот знак тут устанавливают, а местные жители его потом убирают. Иначе возле него собираются толпы поклонников Булгакова, чем раздражают живущих в округе. Вот сейчас знак снова стоит, но скоро его снова уберут.

— А кто изображен на знаке? Я могу распознать только кота Бегемота.

— С ним Воланд и Коровьев. Тебя сфоткать со знаком?

— Не, не надо, я не люблю фотографироваться. Но сам знак щелкну, раз ты говоришь, что он тут не на постоянной основе.

Я делаю снимок, и мы идем дальше.

— Вообще на самих Патриарших прудах как таковых ничего особенного нет. Да, это прикольное место, в нем есть своя душа и магия, но рекламу ему сделал исключительно Булгаков своим романом. Летом тут собираются толпы людей, многие спускаются к самому пруду и сидят у воды, семейные пары гуляют с детьми. Подростки оккупируют лавочки и распивают на них алкоголь, пряча его от полиции в пакетах.

Мы подходим к памятникам. Один из них мужчине.

— Это памятник Булгакову? — Я спрашиваю, приближаясь к нему.

— Нет, это памятник баснописцу Крылову.