Холод в ее глазах (СИ)

Как не похоже было всеобщее настроение сейчас на то, что было буквально несколько дней назад. Йер ходил раздражённый, почти не отрывал телефон от уха. Алекс постоянно бурчал, за три дня успел дважды подраться. Рид молчал и уходил от любых разговоров, как и его братья, а отец пил где-то в городе. Да и я чувствовала всё нарастающее раздражение, которое прорвалось, когда мы снова приехали с Алексом и Ридом к фургону Северайнов.

— Я всё понимаю, но… Это же как в шалаше жить. Эндрю! Три взрослых мужчины вот в этой клетушке, а ещё и ребёнок! Да тут спать по-человечески нельзя! — возмутилась я, когда на моё недоумение как они здесь помещаются, мне сказали, что терпеть можно.

— А у нас есть другой дом. — Проговорил за моей спиной пьяным голосом пошатывающийся отец Рида. — Только жить я в нём не могу! И вообще не могу. Пошли! Все пошли! И ты, блондинка! А то стоит тут, рассуждает! Пошли, пошли!

И он действительно развернулся и пошёл. Деваться было некуда, и мы все переглянувшись пошли следом. Идти пришлось долго, мы проходили уже третью улицу.

— Может он уже забыл, куда и зачем шёл? — тихо спросил Эндрю.

— Вот. Пришли. Чёртов дом! — пнул ногой калитку старого, нуждающегося в ремонте, но видно, что крепкого дома его отец. — Я копил. Ещё до того, как их мать нас всех бросила. Она неплохая, просто устала жить так, устала ждать, когда всё наладится. А я всё копил, а мне всё время не хватало! А потом… Мне предложили бабок за пустяк. И я купил этот дом.

Разговаривал старший Северайн только со мной, видимо в затуманенном алкоголем мозгу отложились именно мои слова.

— Так, если у вас есть дом, то почему вы живёте в фургоне? — спросила я, переглянувшись с братьями.

— Я думал, что пустяк. Ну что такого? А оказалось… Я за этот дом сына продал! — выдал отец Рида.

— Чего? — все переглянулись в недоумении.

— Рид не один родился, и мы теперь должны искать его близнеца по родинке на заднице? — почесал затылок Адам, старший из братьев Северайнов.

— Нет у меня никаких родинок на заднице! — тут же возмутился Рид.

— Пап, ты о чём? О каком сыне? — спросил отца Эндрю.

— Тебя. Тебя я продал. Не думал и не подозревал. Дом купил, думал… А тебя забрали. Я только после приговора понял, за что именно деньги получил! — мужчина попытался вырваться, но от резкого движения поскользнулся и упал.

От удара он потерял сознание. Вот тут у нас у всех на размышления не осталось времени. Хорошо ещё, что работали Северайны на легальной лесозаготовке. У них у обоих была хорошая страховка, с перечнем травм. С их работой это была необходимость.

Старика Рика, а полное имя у отца Северайнов было Рикардо, так как бабушка братьев была из Латинской Америки, доставили в больницу, там ему предстояло провести несколько дней, хотя нас и заверили, что опасности нет.