Холод в ее глазах (СИ)

Я устало прикрыла глаза и даже не вслушивалась в то, о чём вокруг меня шли разговоры. Анна Тимофеевна вызвала врачей, потребовала назначения… Наша медик их проверяла и перепроверяла, шелестели странички.

— А это что? — вдруг резко спросила Елена Николаевна. — Почему вы назначили Алисе этот препарат, да ещё и капельницей? Насколько знаю, его назначают для вызова родовой деятельности. Алиса ты решила прервать беременность?

— Что? — распахнула я глаза чуть не подскочив, забыв о всех своих болях. — Как… Какая ещё беременность?

— Вы что? Решили прервать беременность пациентки, даже не поставив её в известность о её положении? — Елена Николаевна умела говорить таким голосом, что сразу все чувствовали себя идиотами, наверное, поэтому и получила добавку к должности.

— Там срок небольшой. Пациентке делали рентген, она несколько дней находилась на обезболивающих. Вы список повреждений видели? Да такое ощущение, что по ней комбайн проехал, да ещё развернулся пару раз! — выдала моя лечащий врач. — Последствия для плода могут быть необратимы. Зачем девочке ещё и испытывать чувство вины за прерванную беременность? Так бы она даже не поняла и не знала бы.

— Вас кто допустил до врачебной деятельности, девушка? — по сравнению с нашей Еленой Николаевной врач, что меня лечила, действительно выглядела девушкой.

— У неё и так угроза, — добивала врач. — Не выносит всё равно.

— И это тоже не даёт вам права принимать подобные решения самостоятельно. Подсудное дело. — Припечатала Елена Николаевна. — Алиса, ты что решила? Будешь мамой?

— Постараюсь, — ответила так же, как и всегда отвечала на вопрос Елены Николаевны: ""Будем выздоравливать""?

А руки сами легли поверх живота.

Глава 5

Алиса.

Наша лейб-медик никогда не скрывала от нас, вечно находивших приключения на ровном месте, ни подробностей наших заболеваний, ни их последствий. Помню, нам всем разъясняли, что такое аллергия. Зато когда у нас появилась тихая Машенька, у которой обнаружилась аллергия на цитрусовые, никто не рискнул угостить её мандаринкой, или подсунуть шкурку от апельсина в постель.

Вот и я сейчас слушала о том, что у меня не так. И прогноз… Не знаю, как объяснить, но с первой минуты, как только я услышала, что я беременна, у меня появилась уверенность, что именно этот ребёнок меня спас. Он дал мне сил выжить, и врачам было кому оказывать помощь, а не констатировать летальный исход. И как бы наивно и в то же время пафосно это не звучало, но я не побоялась озвучить эту мысль.

— Видишь ли, Алиса, могу сказать как медик, что чудеса случаются. И иногда, совершенно необъяснимые вещи, становятся реальностью. — Погладила меня по ладони, лежащей поверх живота, Елена Николаевна. — Так что давай постараемся сохранить твоего ангела-хранителя.