Холод в ее глазах (СИ)

Когда я вышел на улицу после игры, то обнаружил, что на улице вовсю бушует гроза. Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Некстати вспомнилось, что и в ту далёкую ночь, вот так же была гроза. Я оглянулся, Алекс стоял под козырьком и с кем-то разговаривал по телефону.

— Спасибо, что позвонил. Хорошо, я не буду переживать. Утром позвоню. — Заканчивал он разговор."

"— Алекс, — решил заговорить с ним я. — Если нужна помощь, ты только скажи. Я сделаю всё, что смогу.

— Да ты и так уже сделал всё, что мог. Куда уж больше? — ответил мальчишка на русском.

— Ты о чём? — не понял я.

— Не пойму, чего тебе от нас надо? Вот чего ты хочешь? — сын явно был настроен агрессивно. То ли переживал из-за чего-то, то ли от игры ещё не отошёл. — Из-за тебя моя мама боится грозы. Сколько себя помню, всегда одно и то же. Маме плохо, до ужаса, до истерики. Всё, что она может, это вцепиться в меня со всей силы и дрожать! Это хорошо, что Йер смог сорваться и поехать к ней!

Поехать к ней? Эти слова выбили у меня почву из-под ног. Поехал к ней. Она одна, боится… А напротив меня стоит мой сын, смотрит на меня её глазами, но хмурится совсем как я, сведя брови к переносице.

— Из-за меня… Знаешь, иногда люди совершают ошибки, Саш. О которых жалеют потом всю жизнь. — Подобрать слова, чтобы поговорить с сыном было очень сложно.

— Ты сейчас о своём приезде? — ухмыльнулся сын.

— За что ты меня ненавидишь? Ты же меня совсем не знаешь и не знаешь того, что произошло. Почему ты против того, что я пытаюсь сохранить семью? Разве ты не хочешь, чтобы у тебя был отец, а рядом с твоей мамой муж? — именно сейчас я понял, что дело не только в обиде Алисы.

Я почему-то считал, что сын будет на моей стороне, но реальность оказалась куда менее радужной. Мой сын, похоже, самый ярый противник нашего примирения с Алисой.

— Хочу, — ответил мне Сашка. — Очень хочу. И папу, с которым и в лес, и на лёд, и к бабушке, дядям-тетям в гости. И чтобы за маму не переживать. Она же у меня одна, больше никого нет. А как тебе её доверить? Ты говоришь, что хочешь сохранить семью. Но мама с тобой разведена, и тебя столько лет не было. Почему?

— Потому что я думал, что Алиса меня предала. — Врать мальчику было бесполезно. Похоже, у Алисы от него секретов нет никаких.

— Моя мама предала? — это было произнесено с таким удивлением и недоумением, словно я ему сообщил какую-то невероятную дичь. — Ты в своём уме?

Сашка ушёл вместе с этим, подопечным. А я вышел под дождь. Холодные капли падали на лицо и за шиворот. А в башке сверлила одна болезненная мысль. Почему? Почему я тогда, десять лет назад поверил? Почему у меня не было вот этого удивления и недоумения?

Я помню почти затерявшуюся мысль о том, что и мать, и тот фотограф понесли наказание за свои дела. Вот оно моё наказание.