Ваш ход, миссис Норидж

Вот в чем вы убедили всех, вы один!

Миссис Норидж прокашлялась.

– Но это лишь половина вашего злодейства. По правде говоря, не знаю, что хуже…

– О чем вы, черт вас раздери?!

– Вы не желали смерти миссис Саттон. А графа вы убили, защищая свою жизнь. Но что вы сделали с леди Кроули…

– Я? – старик, не выдержав, шагнул вперед. – Я оберегал ее! Я… – Он обвел рукой сад, словно утратив дар речи. – Оглянитесь, сумасшедшая женщина! Где еще вы увидите такую красоту!

Миссис Норидж покачала головой.

– Но она пленница в вашем дивном саду, мистер Рэндалл. Вы окружили ее ложью, вы разрушили ее жизнь. Она считает себя вдовой убийцы; она возлагает на себя часть вины за гибель матери – ведь не прими она предложение графа, та осталась бы жива. А вы двадцать лет сидите здесь, точно паук, поймавший прекрасную бабочку в свои сети. Двадцать лет вы следите за ней! Неужели вам ни на миг не стало жаль ее? Хоть раз милосердие постучалось в ваше сердце? Хоть раз сказало вам: взгляни, Рэндалл, на ее страдания; пощади же ее, отпусти на свободу.

Старик, хрипя, хотел что-то возразить, но миссис Норидж не позволила ему.

– Если такова ваша любовь, грош ей цена. Леди Кроули не живет, а спит, будто оказалась в одном из давних своих кошмаров; вот только в этот раз не нашлось целителя, который дал бы ей спасительные пилюли. Что вы сотворили, мистер Рэндалл! Вы – здешний оборотень, а не покойный граф!

– Убирайтесь! – каркнул садовник. Огромная его фигура, казалось, еще больше выросла и нависла над миссис Норидж. – Я спас ее… без меня она погибла бы…

– Вы убийца и лжец, – бросила ему в лицо гувернантка. – Не в моих силах изобличить вас, но я рискну.

Старик побледнел и шагнул к ней.

– Вы этого не сделаете!

Вместо того чтобы отступить, гувернантка выпрямилась. Глаза ее сверкнули.

– Попробуйте помешать мне – и отправитесь на виселицу! – отчеканила она. – Ну же, давайте, мистер Рэндалл! Хотите задушить меня? Вы ведь к этому готовитесь?

Садовник сжал кулаки. Нет-нет, нельзя. Она что-то задумала… Хитрая бестия! Должно быть, в кустах сторожат ее помощники, только и ждущие момента, чтобы скрутить его. Они в сговоре, все в сговоре…

Он подозрительно осмотрелся. Казалось, сад кишит тенями; тени следили за ним из ветвей, перешептывались, насмехались.

– У вас нет ничего… ничего в подтверждение ваших слов… Даже дом – и тот снесен! – Он торжествующе ткнул пальцем туда, где светилось желтым стрельчатое окно. – Ни камня не осталось!

– Верно, мистер Рэндалл. И потому вы не отправитесь под суд. Но я расскажу все, что знаю, леди Кроули, и пусть она сама решает, кому из нас верить. Ее немилость для вас самое страшное наказание. А она возненавидит вас, если только ее душа после перенесенных страданий способна на ненависть.

Старик отшатнулся.