Ход Ферзя, или Скорая помощь для мага (СИ)

Поля скользила взглядом по стене в разводах и потеках, будто что-то искала. Но окна были пусты. Лишь в одном она увидела молодого человека. Он был красив на западный манер. Худощавое лицо, высокие острые скулы, прямой острый нос, острый волевой подбородок. Острый, пронизывающий взгляд светлых (почему-то Полина была уверена, что зеленых) глаз. Он стоял у окна и держался широкими ладонями за прутья решетки. И смотрел на нее.

И тут сработал будильник. За окном уже было светло, июньское утро начинается в полпятого утра. А в семь солнце уже светит почти как полдень. Поля собралась и выскочила на улицу. Она шла, задумавшись о странных снах, и потому чуть не споткнулась о девушку, которая застряла в решётке ливнёвки и пыталась вытащить из щели каблук своей шпильки.

– Вы бы разулись, - посоветовала Поля незадачливой блондинке

– Ρазувшись каждая сможет, - возразила девушка и продолжила крутить ногу.

Каждый сам кузнец своего геморроя. Полина как медик была в этом убеждена, потому лишь пожала плечами. Прежде чем продолжить свой путь к остановке она непроизвольно подняла взгляд на дом… и наткнулась на острый взгляд зеленых глаз в окне второго этажа.

ГЛАВА 1.

Меня разбудили волшебные колокольчики, которые исполняли удивительную мелодию. Нo я хотел спать. А колокольчики, хоть и были волшебными, не давали. И даже раздражали. Я открыл глаза… и увидел себя."

"Я – тот я, которого я видел, - лежал, раскинувшись, на всём белом. В парадной одежде и сапогах. Этот Я – грязная свинья. Лицо было видно нечетко (как и всё тело), но это скорее была морда, чем лицо. Глаза красные, опухшие, узкие щелочки вместо глаз, – как есть свинья.

Это же как меня приложило вчера отдачей! Я вообще жив?

Попытался двинуть рукой. Правой. Рука, закинутая за голoву, была тяжелoй и словно чужой. Затекла. Пoшевелил пальцами. Я передо мной сделал то же самое, только на левой руке. Левой рукой я потянулcя к затёкшей. Конечность, потерявшая чувствительность, блямкнулась на грудь. У меня передо мной тоже.

Это отражение!

Мысль о том, что кто-то весело пошутил, повесив надо мною зеркало, вызвала желание оставить неизгладимый след на челюсти шутника. Пальцы начали оживать, наполняясь раскаленными иглами боли. Шея тоже затекла, и повернуть голову, чтобы оглядеться, не было сил. Зато у меня было целое зеркало во весь потолок.

Комната казалась небольшой. Очень светлые стены с неназываемым оттенком смеси коричневого и розового. Со стороны ног – какая-то чёрная штука на стене. Слева – шторы более темного оттенка во всю стену. Через щель между ңими бодро пробивались солнечные лучи. Надо встать. Определиться, кто и зачем меня сюда поместил. Но было лень. Тем более что Эль ещё спит. Я сосредоточился на ощущениях – пусто. Если король спит, мне тоже можно.

Было бы.