Хочу тебя в жены

Но влага стекает по заледеневшим щекам. Рефлекторная реакция. Безотчетная.

- Как ты? – спрашиваю сдавленно.

- Нормально, - поглаживает меня по спине. – Отдыхаю здесь почти два года.

- Не похоже, - закусываю губу, чтобы не разрыдаться.

- Все хорошо, - смеется. – Не переживай.

- Что он сделал с тобой? – озвучиваю вопрос, которого опасаюсь сильнее всего. – Только честно. Пожалуйста, расскажи все прямо. Без утайки."

"- Я под замком, но условия здесь отличные, - спокойно произносит отец. – Тебе совсем не стоит волноваться обо мне. Серьезно, Мари. Я в полном порядке. Амир не допустил бы иного расклада. Он слишком сильно любит тебя.

- Любит? – роняю сквозь судорожный вдох, отстраняюсь, чтобы взглянуть в глаза своего отца.

- Ну конечно, - кивает. – А ты разве сомневаешься?

- Сложный вопрос, - усмехаюсь.

Хочет. Просто хочет. Как любимую игрушку. Вещь, к которой привык. Даже когда делал предложение говорил именно это слово – хочу.

- Поверь, будь все иначе, я бы не отделался настолько легко, - замечает отец.

- Он запер тебя в четырех стенах, - бросаю возмущенно. – Лишил работы. Это ведь ужасно. Варварское отношение. Ты тут будто в тюрьме закрыт.

- Пожалуй, - не спорит. – Но условия гораздо более комфортные.

- Папа, я просто…

- Я знал, на что шел, когда сделал то, что сделал, - говорит он. – Я готовился к худшему исходу и был удивлен, получив настолько мягкое наказание. Пришлось очень многое пересмотреть. Времени у меня оказалось предостаточно.

- Но ты ничего не сделал! – выпаливаю я. – Во всем виновата только я. Мне и отвечать. Ты совсем не заслужил такого отношения. Это несправедливо.

Отец лишь улыбается.

- Боже, - зажимаю рот ладонью. – Что ты подразумеваешь под худшим наказанием? Чего ты ожидал?

Молчание служит единственным ответом.

- Папа, - ощущаю, что начинаю задыхаться. – Ты что, думал, он тебя убьет?

От одного лишь звучания этой фразы меня бросает в нервную дрожь. Рот наполняется горечью. Воображать подобную реальность жутко.

- Я не исключал такой вариант развития событий, - ровно выдает отец.

- Господи, - закрываю глаза.

Ледяной пот прошибает тело.

- Мари, - накрывает мои плечи ладонями, сжимает и встряхивает. – Успокойся. Прошу. Ничего не произошло. Не надо себя накручивать.

- Ладно, - роняю сдавленно. – Не произошло. Зато он держит тебя в плену. До сих пор. Как преступника.

- Но я и есть преступник, - усмехается.

- Что? – бросаю пораженно. – Шутишь так?

- Я помог тебе сбежать, - замечает спокойно. – Нет никакого смысла отрицать очевидное. Разумеется, я никогда не выдам личность того, кто участвовал в этом. Но в остальном все предельно ясно.

- Я поговорю с Амиром, - заявляю твердо. – Я заставлю его тебя отпустить. Очень скоро. Клянусь, я…

- Мари, - прерывает мягко. – Вам стоит наладить отношения.

Теряю дар речи.