Хочу только тебя!

Если вы не хотите, чтобы я подала на вас в суд, выпустите меня отсюда. Немедленно, — добавила она непререкаемым тоном. Будь он поближе, она хлестнула бы его по лицу.

Никос окинул оценивающим взглядом стройную фигуру стоявшей перед ним женщины, ее потемневшие глаза. В них не было ни малейшего страха, что натолкнуло его на мысль, уж не владеет ли она приемами самообороны. Сам он владел ими в совершенстве.

— Все, что мне от вас нужно, — это пятнадцать, максимум двадцать минут вашего времени.

Сердце Мишель гулко билось, отдаваясь болью в ребрах при каждом ударе. Просторная стоянка была хорошо освещена, здесь стояло рядами много машин, но никто не въезжал и не выезжал. Обратиться за помощью было не к кому.

Мишель достала мобильник и уже хотела набрать номер Службы спасения, чтобы те вызвали полицию, когда послышался его голос, ровный, невозмутимый:

— Вам нечего меня бояться.

Он был слишком спокоен, слишком невозмутим.

— Все это, — Мишель повела рукой вокруг, — не кажется мне забавным.

— Вы же сами не захотели говорить со мной в более удобном месте, — вкрадчиво заметил он.

От гнева и возмущения у Мишель потемнело в глазах, кровь бросилась в лицо.

— Ах, простите, — с ледяным сарказмом проговорила она, — что отклонила ваше приглашение."

"Никос был озадачен таким яростным сопротивлением. Странно. Что-то такое в ней есть. Из знакомых ему женщин любая пошла бы с ним, куда бы он ни пожелал, ведь его положение и состоятельность известны всем.

А эта Мишель Жерар… Она ведь была наверху блаженства в его объятиях, с таким пылом ему отвечала. И все-таки, судя по всему, сейчас она не играет.

— По вашему собственному утверждению, — голос Мишель подрагивал от еле сдерживаемого гнева, — вы привезли меня сюда, чтобы поговорить.

Пора брать себя в руки. Страх надо отбросить. Впрочем, это слово не совсем подходит. Никос Алессандрос не собирается причинить ей вред, по крайней мере, в физическом смысле. Другое дело — чувства… Теперь, когда дело приняло такой оборот, ее грызла только одна мысль: как это возможно, чтобы ее так тянуло к человеку, который за какие-то несколько часов умудрился нарушить все и всяческие правила поведения?

— Я предлагаю начать! Сейчас же, — с вызовом продолжала она. — Говорите, что собирались. У вас две минуты. — Она показала мобильник. — Одно неосторожное движение — и я вызываю полицию.

Никос прислонился бедром к гладкому капоту машины и устремил на нее задумчивый взгляд.

— Я хочу, чтобы вы несколько недель изображали мою подружку, — сказал он безо всяких вступлений.

Мишель глубоко вдохнула и медленно выпустила воздух. Вот уж чего она не ожидала, так это подобного предложения. Ему стоит только моргнуть — и женщины бегом побегут за ним.

— Вы ведь шутите, да?

— Я совершенно серьезно.