Хочу тебя напрокат

Но и я, принцесса, не ерундой страдаю.

Так и не дойдя до спальни сына, разворачиваюсь и направляюсь к лестнице.

Глава 18

Темирхан

— Хан! — шипит мне вслед Люська. — Хан, куда ты собрался? Мы же хотели Тимура проверить.

— Проверяй.

— Это же твой сын! Неужели ты его перед сном даже не поцелуешь?!

Мне на душе погано. Тима я люблю и искренне переживаю за него, но врач пацанёнка осмотрел и сказал, что ничего критичного нет — элементарная реакция на простуду, одеваться нужно было теплее.

Люська сына заморозила и ждёт, что я буду сутками напролёт сидеть возле кроватки Тима.

Раньше, без появления Ди, в моей жизни я так бы и сделал.

Но сейчас появилась моя бедовая девочка, которая выматывает мне душу. Меня тянет к ней как магнитом.

И я не могу сидеть на жопе ровно, зная, что она собралась кутить в клубе. С подругами. Среди них есть и рыжая потаскуха, которая устроила вечеринку несколько лет назад.

Не могу сидеть на месте. Ди может вляпаться в неприятности. Её могут втянуть чёрт знает во что…

Я хорошо помню, чем кончилась одна из вечеринок, на которую я Ди отпустил. Там её опоили и едва не изнасиловали.

Не хочу повторения того кошмара для малышки.

Я должен быть рядом. Обязан защитить.

— Хан!

Крик Люськи обрушивается на меня сверху. Оборачиваюсь на последней ступеньке и смотрю на неё.

Супружница стоит вверху, а я внизу, но кажется, что наоборот, и пропасть между нами только ширится. Она всегда была огромной, а сейчас и последние ниточки связей рвутся.

Чувствую себя на всю голову отбитым.

Сын болеет, а я… не могу усидеть на месте.

Меня ревностью и беспокойством за Диану глушит и сбивает с курса доброго семьянина и образцового отца.

— Я ухожу, — чиркаю замком куртки.

— Значит, и я пойду прошвырнуться.

— Сиди дома! — рявкаю. — Тим по твоей вине заболел. Сегодня погода — дрянь, нужно было одевать ребёнка теплее, прежде чем отправлять его измерять лужи. Так что будешь рядом с ним. Сделаешь шаг за порог до выздоровления Тима — пеняй на себя.

— И что ты мне сделаешь?! Ну что?! — топает ногой. — Ты мне муж только по бумажкам, мы живём каждый по-своему, и только Тим…

— Так и бумажек может не стать. За миг решу.

Люська открывает рот и захлопывает его с громким звуком, словно камень в воду плюхнулся.

Развод — это то, чего она страшится больше всего на свете. Всё пережуёт и проглотит, лишь бы и дальше сохранять статус дамы, замужем за успешным бизнесменом.

Ей нравится кичиться нашим браком — гнилым и лживым насквозь.

Картинка напоказ, а под ней пустота.

Мне это так осточертело. До чёртиков. На стену лезть хочется.