Хочу тебя напрокат

В мыслях только ты. Всегда.

— Хочешь растопить моё сердечко так, чтобы я на тебе окончательно расплавилась и потекла? — спрашивает с коварной улыбкой и так на моих бёдрах призывно ёрзает, что и гадать не надо, какую реакцию во мне вызывают её соблазнительные движения.

Член мгновенно подскакивает.

— Я хочу быть с тобой откровенным. Извиниться за то, что сделал тебе больно.

— Разрешаю, — прижимается теснее, целует щёку и перебирается вверх, начиная эротично покусывать мою шею.

Диана покусывает и дразнит кончиком языка мочку, вызывая прилив ещё более сильного желания.

— У тебя очень… очень хорошо получается извиняться в постели. Хочу твои извинения с поцелуями…

Мозги начинают плавиться. Я уже почти ничего не соображаю. Представляю вкус её влаги на своём языке и почти теряю связь с реальностью."

"Ещё больше меня подстёгивают узкие длинные пальчики Дианы, справляющиеся с пуговицами на моей рубашке. Её губы — жаркие и влажные, она горячо целует мою грудь, спускаясь ниже и ниже.

Будь я конченым эгоистом, насладился бы моментом. Позволил очертить дорожку вниз, по прессу, до самого члена. Позволил бы ей отсосать, трахнул бы в ротик и между ножек — тоже…

Отложил сложные разговоры на потом.

Но я не хочу, чтобы Ди чувствовала себя использованной или обманутой мной.

Хватит с нас этого дерьма…

Перехватываю её повыше и усаживаю, запирая лицо в ладони.

— Постой. Есть ещё кое-что. Ты должна знать… Это серьёзно.

Диана замирает и хмурится, поняв по тону моего голоса, что я не шучу.

— Опять проблемы? — ерошит тёмные густые волосы пальцами. — Хорошо. Я тебя слушаю.

— Я развёлся с Люськой. Но Тимур… Тимур остался при мне.

— Что-что?! Как это?!

Диана вскакивает с моих колен и делает несколько нервных шагов в сторону. Она садится в кресло, стоящее напротив, и требовательно смотрит в глаза:

— Я чего-то не понимаю.

— Всё это время я находился при Тимуре. У него в мозгу нашли доброкачественное образование. Ему сделали операцию…

Диана бледнеет при этих словах. Она сама недавно потеряла отца из-за рака и знает, какая страшная эта болезнь. Сейчас она сопереживает мне и тесно переплетает пальцы.

— Мне жаль, Хан. Реально жаль. Тимур ещё такой маленький! — говорит искренне и смахивает слезинки. — С ним всё хорошо?

— Да, операция прошла успешно. Не хочется благодарить неприятности, но именно после авариии и обнаружилось это заболевание. Врач говорит, что мы счастливчики, и всё будет хорошо.

— Я очень рада, теперь я понимаю, что тебе было просто не до меня. Я знаю, как съедают, выматывают больницы и страшные диагнозы. Но почему ты мне ничего не сказал? — спрашивает Диана с обидой. — Почему? Я бы поняла тебя. Поняла и не стала обижаться.