Хочу тебя любить

– Ой… Поздравляю!

– Поздравляю, – подключается Катя.

– Любите и приумножайте, – емко вставляют родители Чарушина.

Сам Чара демонстративно хватается за сердце.

– Без слов, – произносит с дурашливой мукой на лице и смеется.

– Спасибо за все, – выдыхаю я, когда обнимает.

– Сочтемся, – как всегда, легко отпускает благодарность. – Первенца отдадите. В смысле, крестить буду.

Мы с Бойкой переглядываемся. Я от неожиданности не знаю, как реагировать. А вот Кир кивает.

– Ты и без первенца крестный отец, – заверяет он, пожимая другу руку. – Но, ладно. Кому, как не тебе… – выдает со странными интонациями. А потом и вовсе обнимает Артема. – Спасибо, – благодарит скупо, но, несомненно, искренне.

Остальная гоп-компашка Бойки – Фильфиневич, Шатохин и Георгиев – со следами очевидной потерянности на лицах просто поочередно неловко обнимают нас.

– И здесь первый, – резюмирует Филя. – Среди нас первый.

– Тоже мне радость, – сипит Тоха. – Не дай бог… То есть за тебя, брат, рад, конечно, – сконфуженно смотрит на Бойку. Поджимая губы, переводит взгляд на меня. – Сестра, – бросает сухо и спешит слинять.

– Не, ну круто… – растерянно подбивает Жора. Сам же, очень заметно, смысла не понимает. – Молодцы, – еще раз хлопает Кира по плечу и, толкая Филю, отходит.

Фильфиневич, впрочем, следом шагает.

Градские поздравляют сдержанно. Всем своим кланом окружают и слепят добрыми улыбками.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Болтать – не мое, – выговаривает Сергей Николаевич грубовато. – Просто поздравляю и всех благ желаю. Пусть жизнь исполняет, и вы не отставайте.

– Совет да любовь, – присоединяется его жена.

– Все у них будет, – заключает их сын Ярослав удивительно схожими с Бойкой интонациями и тембром. – По глазам вижу, – так пристально смотрит, мне даже неловко становится. – Не охладевайте.

– Спасибо вам за все, – смущенно, но искренне лепечу я. – И вам, Сергей Николаевич… И вам, Мария Адамовна… Адам Терентьевич…

Последнему ничего сказать не успеваю.

– Меня благодарить не стоит, – усмехается тот с особой харизмой. – Я просто свадьбы люблю.

– Да прям… – смеется его жена – Эва. Глаза закатывает, вроде как с ехидством, но на самом деле смотрит на него с восхищением. – Только по свадьбам и гуляешь."

"– А то, – незамедлительно отзывается Титов. – Молочу и подмолачиваю! Эй, Маруся, допивай, – подгоняет взрослую дочь. – Ну, все, ребята… – оглядывает нашу толпу. – Все готовы? Погнали дальше!

По дороге в ресторан я немного нервничаю. Не люблю суету и пафос. Но, к счастью, в заказанном для нас зале никаких излишков роскоши и приторной фальши не обнаруживается. Празднование проходит легко и задорно. Опять-таки преимущественно благодаря Адаму Терентьевичу.