Хочу любить

Но она-то жаждала всего сразу. Бруно, видимо, к этому не готов.

— Я улетаю в Италию вечерним рейсом. Джордано уже в Турине. Нам давно пора заняться делом.

— А ведь я последую за тобой.

Девушка вскинула глаза, глубоко спрятав под радужной оболочкой саднящую боль.

— Пожалуйста, не надо, — попросила она. Ты же не любишь меня, добавила она про себя.

— Ты готова забыть все, что произошло между нами?

Господи, да я тогда умру, подумала Лючия, но губы сами собой произнесли:

— Без любви нечего забывать."

"Да она сошла с ума, отвергая такую прекрасную партию! Спазм перехватил горло. Как она посмела! — шептал внутренний голос. Наверное, ты единственная из женщин, которая осмелилась отказать самому графу Бруно Морона Валенсо!

Однако Лючия считала, что, приняв его предложение, совершит глубокую ошибку. Хотя наверняка многие ее подруги удовлетворились бы меньшим. Бруно великолепен в постели. Несметно богат. Умен. Аристократ. Что еще нужно?

— Ты можешь дать мне все, кроме любви, — медленно проговорила девушка, не в состоянии избавиться от легкой хрипотцы в голосе.

В глубине ее души затаилась печаль. Лючия еще надеялась, что Бруно промолвит желанные слова. Она отчаянно хотела услышать их. Девушка всматривалась в сине-серые глаза, надеясь проникнуть сквозь их плотный барьер. Вдруг граф испытывает глубокие чувства? И его привлекает не только желание обладать ее телом?

— Я хочу стать не только украшением дома, хозяйкой, но и… — Лючия сделала паузу и тихо добавила: — Всегда желанной любовницей.

На мгновение что-то промелькнуло во взгляде Бруно, но этого оказалось достаточно, чтобы девушка поняла его истинные намерения. Она заклокотала от бешеной ярости. Ей непреодолимо хотелось наорать на Валенсо, ударить его, обидеть, лишь бы вызвать какую-то реакцию.

— Я попросил тебя стать моей женой, — произнес граф мягким, но убийственным тоном, и Лючия внутренне содрогнулась, как если бы по позвоночнику соскользнул кусок льда.

Она гордо подняла голову и, чуть склонив ее набок, бросила вызов:

— Чтобы носить под сердцем твоих сыновей? А если ты бросишь в мою утробу семена дочерей, то наверняка отвергнешь меня ради другой жены, которая подарит тебе желанного наследника, продолжателя аристократического рода Валенсо.

Ледяная ярость вспыхнула на мгновение в глазах графа.

— Ты вела бы завидный образ жизни.

Лючия подумала о Сильвии, ее дочерях и поняла, что никогда не согласится на зависимое положение.

— Это не для меня, — проговорила Лючия, с грустью сознавая, что существование без Бруно будет походить на медленное болезненное умирание. — Для меня замужество свято. Я надеюсь, что мой избранник станет относиться ко мне так же, как я к нему. Без взаимной любви нет согласия. — Ее глаза наливались слезами.