Хочу любить

Кофе, крепкий, черный, но обязательно сладкий — вот что непременно поможет, и она направилась в другой конец зала, где предлагали горячие напитки.

Отказавшись от молока, Лючия потягивала крепкий напиток. Собирая волю в кулак, она готовилась начать задуманное дело.

И вот минуту спустя ее чашка упала на ковер — обжигающий кофе ошпарил живот. Боль оказалось жуткой — гораздо сильнее, чем ожидала девушка.

— Милая, какое несчастье! Очень обожглись? — Неожиданный инцидент привлек всеобщее внимание, и женщина, встречавшая гостей в качестве хозяйки дома, вывела девушку из зала.

— В ванной комнате, рядом с кухней, есть аптечка. — Спокойно объясняла хозяйка, ведя Лючию по широкому коридору. — Если снимете платье, я сделаю вам холодный компресс, чтобы остудить кожу, — добавила она, пропуская девушку в сверкающую стерильной чистотой комнату.

Лючия повиновалась. Скинула испорченное шелковое платье, намокшую комбинацию и покорно подставила обожженное место ловким рукам женщины, которая наложила мазь и сделала стерильную повязку.

— Сейчас принесу халат и попрошу кого-нибудь заняться вашим платьем, — пообещала она.

Прошло несколько минут. Лючия устала ждать. В комнате было довольно прохладно, а кружевной лифчик и трусики едва прикрывали тело.

Нахмурившись, она бессознательно покусывала губу, сожалея о своей проделке. Конечно, шанс невелик, что Бруно поспешит вдруг справиться о ее самочувствии. Но все же она гостья, и обязательная учтивость должна побудить его поинтересоваться ее самочувствием. Разве не так?

Обожженную кожу мучительно жгло, несмотря на мазь. На талии вспухало красное пятно. Лючия удивлялась, что горячая чашка кофе вызвала такую боль.

Вдруг какой-то звук привлек ее внимание, Распахнулась дверь, и в проеме показался Бруно Морона Валенсо.

С непроницаемым видом он протянул девушке белый махровый халат. Она вздрогнула, инстинктивно прикрыв грудь руками.

— Оденьтесь, — бесстрастно сказал хозяин, — к ожогу может добавиться простуда.

Комната как бы уменьшилась в размере от присутствия высокой статной фигуры. Лючия почувствовала, что задыхается, вспомнив, что практически раздета.

Выхватив халат, она быстро накинула его, плотно запахнула полы и туго завязала пояс, но тут же сморщилась от боли и ослабила узел.

— Благодарю, — вымолвила Лючия.

— Кэтрин, мое доверенное лицо и большой мой друг, заверила, что ожог, хотя и болезненный, не потребует профессионального медицинского вмешательства. Ну, а вашему шелковому платью вряд ли поможет химчистка. Предлагаю купить другое и прислать мне счет.

— В этом нет необходимости, — сухо отрезала Лючия.

— А я настаиваю.

Она с трудом выдерживала его прямой взгляд.