Хочу играть в тебя

Марк

Думал действовать неторопливо и осторожно, так, чтобы смогла привыкнуть, но она отвечала ему с той же страстью, что сжигала его самого. Даже не верилось, что это ее первый раз и было в кайф, что он может вызвать в ней такую реакцию.

Как же она ему нравилась, все в ней нравилось, любовался каждым сантиметром идеального, будто созданного для него тела, а когда говорил об этом, Аня вздрагивала и доверчиво льнула к нему.

Когда начал ласкать рукой она выгнулась навстречу, вцепившись в него, а его уносило от того, что он первым делает это с ней, доводит до оргазма, вызывает такую реакцию. Но ему было мало. Осторожно, чтобы не спугнуть, спустился вниз, покрывая поцелуями кожу, хотел попробовать ее везде. Она охнула, когда поняла, что происходит, но он не дал отстраниться.

Аня

Не верила, что это происходит со мной, утопала в волнах наслаждения, выныривая на доли секунд с тем, чтобы снова в них погрузиться. В голове уже давно все перепуталось, его руки, губы, казалось, они были везде, а в момент, когда достигла пика его рот накрыл мой, вбирая в себя все стоны, что вырывались из горла.

Напряжение отступало, а тело превращалось в мягкий пластилин в его руках. Ни разу в жизни не испытывала настолько сильного удовольствия, но все еще хотелось чего-то большего. Хотелось дойти с ним до конца. Почувствовать в себе, доставить такое же удовольствие, потеряться в его силе и страсти.

— Марк, хочу тебя, пожалуйста, не останавливайся, — выдохнула ему в губы, когда он чуть отстранился, заглядывая в глаза.

Улыбнулся, а потом поцеловал, нагло просунув язык мне в рот.

Не разрывая поцелуя, он потянулся куда-то одной рукой, я услышала шуршание обертки, а в следующую секунду он уже осторожно входил в меня.

— Расслабься, одно твое слово, и я остановлюсь, хорошо?

Я кивнула, а мои губы непроизвольно растянулись в улыбке. Мне начало казаться, он волнуется не меньше моего и это вызывало прилив нежности. Как же я его люблю. Поцеловала в щеку, в шею, зарылась руками в его волосы. Он даже не представлял, как я хотела его сейчас, так сильно, что практически не почувствовала боли. Легкий спазм, а дальше осознание, что он, наконец, во мне, мы практически одно целое и это самое естественное, что может быть и самое правильное.

Марк

Черт, он никогда не волновался об этом, а сейчас был сам не свой. Боялся сделать что-то не так, причинить боль, словно это и его первый раз тоже. В некотором роде так и было, потому что все, кто был до нее обладали обширным опытом. Но никакой опыт не мог бы сравниться с ее чувственностью и реакцией его тела на нее. То, что между ними происходило сейчас, затмило все, что случалось с ним до этого.

Аня слегка напряглась, но тут же снова расслабилась и подалась к нему, принимая в себя, а он остановился, давая привыкнуть им обоим.