Не хочешь по-хорошему?

— Ненавижу, Хасанов!

Скалится, отводит бедра и снова прошивает мощным толчком, отчего мои глаза сами прикрываются от кайфа."

"— Ненавидишь? — запускает руку мне за спину и подкладывает под поясницу чтобы не так било о железо. — Почему тогда течешь?

Снова толкается, закусываю губу, ответ застревает в горле, а руки опускаются ниже к его плечам и комкают футболку.

Огромный член как кол проникает внутрь, будто бьет по оголенным проводам моих нервов, и тело прошивает дрожь словно молнией.

Теплый капот обжигает голые ягодицы, прохладный воздух лижет бедра, и этот контраст еще сильнее пьянит, и я рвано выдыхаю, когда Хасанов выпрямляется и нависает надо мной скалой.

— Жених, говоришь? Не трахает совсем, раз такая тугая внутри?

Снова замахиваюсь, но перехватывает запястья и прижимает к металлу, обездвиживая окончательно. Член как поршень вколачивается внутрь, и это ощущение дикой беспомощности бесит и одновременно пьянит.

— Хочешь еще, понравилось тебе? — сверкает недобрым взглядом, и я ухмыляюсь в ответ. Видимо крыша совсем съехала, но я с ума схожу от его этой грубости. От его напора. От голода во взгляде. Как же мне этого не хватало! — А если я кончу в тебя?

Ледяная дрожь страха и возбуждения ускоряет пульс. Глаза расширяются, и я запинаюсь на вдохе, когда Арман скалится.

— Я могу, я ведь варвар. Беру против воли, трахаю силой, да Ангел? — каждое слово удар бедрами, каждый выпад взрыв внутри, и я безотчетно подаюсь навстречу его ритму потому что хочу еще… — Варвар, сволочь, — тягуче тянет, не отпуская мой взгляд. Тону в его черных глазах, тону в бездне которая заставляет захлебнуться дыханием, задохнуться от бешенного ритма, подчиняться ему. — Но я твой Варвар…

Хриплый голос дразнит, Арман опускается ко мне и вдыхает аромат моей кожи над ключицей. А меня вдребезги.

Бедра безотчетно к нему, руки дернулись, отпустил, и вцепилась в его плечи так, будто упаду. Провалюсь, уйду под землю. Но зачем мне это без него?

Толкается бедрами, проходясь языком по жилке на шее.

— Твоя сволочь…

— Да, пожалуйста, — спина выгибается, я ударяюсь головой о капот, машинально раздвигаю бедра шире и поддаюсь бесконтрольному падению.

— А ты мой Ангел… — вонзает зубы в мою кожу и, толкнувшись в последний раз, резко вынимает член и придержав его рукой начинает кончать, покрывая мою кожу горячей спермой. Капли текут по складкам, стекают по бедрам, туго густеют на истерзанной его членом коже, но плевать. Совсем и на все.

Потому что это такие мелочи. А оргазм он здесь и сейчас.

Обессиленно опускаюсь на капот, руки падают, и бедра становятся ватными.

Как во сне наблюдаю за тем как Арман выпрямляется и стряхнув все еще набрякший стояк, приводит одежду в порядок, глядя на распластанную меня.