Хобби гадкого утенка

Повертев в руках только что заведенную карту, где стояла фамилия – Петрова, доктор окинул взглядом толстенькую фигурку посетительницы, ее роскошные черные вьющиеся волосы, карие глаза, семитские черты лица, усмехнулся и сказал:

– Дорогая, могу дать направление на аборт, но лучше бы вам этого не делать.

– Почему? – наивно поинтересовалась девушка.

– У вас резус отрицательный, – спокойно пояснил врач, – захотите потом родить и не сможете! Советую вам крепко подумать, посоветоваться с родителями.

Соня вернулась домой в глубокой задумчивости. Спросить совета было не у кого. И отец, и мать скончались. Проведя бессонную ночь, она приняла единственное, как ей казалось, правильное решение – родить ребенка. О предстоящем отъезде в Израиль она как-то не подумала, а чтобы на работе на нее не показывали пальцем, решила до поры до времени никому ничего не говорить, вот подойдет пора уходить в декрет…

Скрывать беременность оказалось очень просто. Соня была «пышечкой», с круглым животиком и большой грудью. Никакого токсикоза у нее не было в помине, цвет лица остался чудесным…"

"Когда девушка дохаживала шестой месяц, грянул гром. Неожиданно пришло разрешение на выезд. Действительно оно было только сорок дней и уезжать нужно было не позднее 19 июня. Соня опять провела ночь без сна, только сейчас поняв, в какую ужасную ситуацию попала. Для беременной гражданки требовалось иное разрешение! Столь долгожданный отъезд в Израиль мог накрыться медным тазом. Соня была еще очень молода, ей едва исполнилось 25, будь она постарше, наверное бы, не решилась на такую авантюру. Но в молодости на проблемы смотришь просто. Девушка приняла решение: она едет в Тель-Авив. До родов еще целых два месяца, живот не заметен, на беременную она не похожа… Значит, можно спокойно пройти в самолет, никого ни о чем не ставя в известность. Младенец родится уже на исторической родине.

Билет был куплен на 15 июня, ровно в полдень предстояло сесть в самолет. Соня обменяла свою двухкомнатную квартиру с хорошей доплатой на комнату в коммуналке, уволилась с работы, распродала вещи, словом, обрубила все концы. В ночь с 14 на 15 июня, прямо возле собранных узлов, она родила девочку, недоношенную, но вполне здоровую и крепкую.

Ужас, который обуял Соню, невозможно себе представить. С младенцем ее точно никуда не выпустят. Квартиры она лишена, службы тоже, мебель, книги, посуда… все продано, а главное, билет на самолет, виза…

Пометавшись по комнате, Соня опять приняла решение. Очень тихо, украдкой, она вышла на улицу, дошла до детского дома и положила кулек под дверь. Часы показывали шесть утра, на дворе стоял теплый, даже знойный июнь, с ребенком не должно было ничего приключиться. Внутрь Соня положила записку «Елена Сергеевна Артюхина».