Хмель свободы

Кто б мог сказать! От это тачанка! От эт-то степная царица! – Он свесился с коня, наклонился к деду Правде. – Дай я тебя расцелую, дед!.. Хоть ног у тебя и нету, зато какая золота голова!

– Позволь, и я тебе поцилую, – отозвался дед Правда, вытирая мокрый ус. – Бо и я б не догадався от так рядком тачанки поставить… Это ж получилась цела батарея! Шо твоя шрапнель!.. Не-е, Нестор Ивановыч, у тебя и ногы, и голова – все на мести! Не здря батькой нариклы!

Нестор обернулся к Кожину:

– Хороших дров нарубил, Фома!..

Но пулеметчик был недоволен:

– Не. Все ж таки многие успели обратно повернуть.

– Догоним!

«Тачанка» – слово это в новом, грозном своем значении войдет не только в украинский и русский языки, но и, в транскрипции, в немецкий. Старинная подрессоренная бричка с пулеметом на заднем сиденье – чудо степной войны! С последними выстрелами Гражданской войны она исчезнет, вновь превратившись в обычную мирную повозку, средство передвижения землемеров, счетоводов…

В селе майор опустил бинокль. Лицо его стало безжизненным и страшным. Часть гусар, пыльных, в сбившихся шапках, уже почти подскакала к своему командиру – жалкие остатки блестящего эскадрона…

Но их доклад майора уже не интересовал. Он не стал его слушать, резко развернул коня и ускакал из села в степь, в сторону Гуляйполя. За ним тронулся конвой.

Разбитое войско, растянувшись по степи, последовало за командиром.

К Нестору подьехали Щусь, Григорий, Лепетченко, Калашник, Левадный, Каретников, Трохим Бойко… Лашкевич протянул Нестору карту:

– Глянь, батько, якыйсь гусар посеял. Вроде як наши места, а написано не по-нашому. Ось Катеринослав, Херсон, Одесса…

– Отдай Чубенку. Федос говорил, он в карте хорошо разбираеться.

– Як на гармошке грае, – подтвердил Щусь.

– Может, она нам чуть позже пригодится. Когда по всей Украине пойдем. А пока… дорогу до Гуляйполя мы и так найдем!

– Шо, на Гуляйполе пидем? – удивился Щусь. – Там же немцев до чорта. Полк, не меньше. А у нас?..

– А у нас – внезапность, это уже считай рота. Тачанки, что нагнали на них страху – ще рота. Та нас человек… Сколько, Тимка?

– Може, сто, може, чуть бильше.

– Ну так шо ж нам наполовину разбитого немецкого полка бояться? – Нестор поднял глаза на Щуся. – Даю тебе, Федос, в подкрепление три тачанки, пойдешь со своими хлопцами левым флангом. И прочешешь все Гуляйполе до самой церквы…

– Поняв."

"Махно оглядел окруживших его бойцов, остановил взгляд на немолодом Трохиме Бойко:

– Ты, Трохим, в Японскую кем был?

– Так це колы було!.. Младшим унтер-офицером…

– О! – обрадовался Махно. – Назначаю тебя, Трохим, полковником. Пока полка нема, покомандуешь теми, хто есть. Зайдешь в Гуляйполе с правого фланга.