Хмель и Клондайк

Поэтому первым делом я закрутил головой, увидел развалины дома, от которого сохранилась половина первого этажа, и погнал прямо к нему. Пару раз под полозьями что-то заскрипело, снегоход подпрыгивал, но все же до угла дома мы добрались. Скатились с машины, Дмитрий бросился в дом, а я просто к углу, вытаскивая из-за спины карабин.

Наш маневр разгадали. Преследователи не стали гнаться дальше, а тоже свернули за остатки старой кирпичной стены, торчащей щербатыми гнилыми зубами из снега, и сразу открыли огонь. Не в цель пока, просто на подавление, из двух автоматов. Дмитрий, засевший в развалине, выстрелил в ответ, я увидел, как пуля, попав в поле амулета, сверкнула голубым, но амулет пока выдержал. Я выцелил почти полностью укрытого за выщербленным кирпичом второго преследователя, пальнул в него, но промахнулся – тяжелая пуля выбила облако красного кирпичного крошева из стены.

В ответ засекли уже меня, пули защелкали рядом, причем очень точно, пришлось укрыться и броситься в обход дома – лучше с другой стороны высунусь.

Перестрелка быстро начала превращаться в долгую и бестолковую – дистанция метров двести, у обеих сторон укрытие надежное, у противника преимущество автоматического огня, у нас оптика и позиция чуть лучше. И амулеты с обеих сторон. А заодно противнику может подойти подкрепление, а вот мы такового не ожидаем.

Вновь попробовать оторваться? Пока нас этот дом прикроет… хотя нет, дальше забор, там вообще под снегом черт знает что, единственный маршрут – он под девяносто градусов к линии огня, то есть мы как в тире ехать будем… нет, надо здесь как-то отбиться.

Черт, и не подберешься к ним, на всем пространстве между нами и преследователями ни единого обломка, за каким укрыться можно.

Быстро высунулся, выцелил противника, стрельнул и сразу же укрылся, потому что второй открыл огонь по мне. Патовая ситуация, мать ее… И туман их не сгонит, я отсюда вижу, что он мимо идет… зато вероятность появления подкреплений с их стороны как бы под вопросом… туман именно там, откуда они и должны появиться.

А дальше голубое небо стало почти черным, на нем высветились звезды, тень и свет поменялись местами, земля подпрыгнула, а где-то там, откуда мы сюда приехали, вдруг сверкнула ослепительная в своей морозной синеве вспышка. Я лишь успел заорать: «Вспышка с фронта!» – и сам бросился за угол на снег, лицом вниз, пятки вместе, как когда-то учили падать по команде «вспышка».

Земля задрожала, меня подбросило и уронило обратно, потом все резко стихло, но над нами пробежала волна невероятного, удушающего холода, такая же, как прошла после уничтожения ортодоксов, но стократно сильнее.