Хиван

Умру, кто этих дураков зашивать будет? Пойдешь в ученики, Хиван?

- Какой из меня ученик? Меня завтра роханам продадут. Я же ценный пленник - табабараха хиванка.

- Может и не продадут. Этот бандит-неудачник очень интересную сказку про тебя рассказал, - товарищ Роза задумалась. - Если останешься в койсе, пойдешь в ученики?

Иван тоже задумался. Он уже как-то смирился с необходимостью смены ""хозяев"". И даже определенные надежды питал в связи с переездом. Все-таки раханы искали именно дрессировщика, а это именно то, что он любит и умеет делать. Если отбросить мысль о себе как о товаре, то вообще получалось очень симпатично - считай, получил приглашение на работу по специальности за рубежом. А вместо этого придется поселиться в этом диком средневековье, пасти лоода, отбиваться от рапторов и бандитов, штопать раны и лечить насморк...."

"- Простите товарищ Роза, но нет. Не мое это. Раны шить - это еще куда ни шло. Полезный навык, может пригодиться. А вот лечить насморки да поносы - это не мое. Мне вообще с животными лучше, чем с людьми, - честно признался Забелин.

Последние слова он говорил уже в спину уходящей докторше. Обиделась. Ну, уж лучше так, чем брехать попусту.

Пленники, накачанные успокоительным и обезболивающим, мирно спали в одном углу. Сытый медвежонок посапывал в другом. Иван принял лекарство и сам собрался было подремать, но помешал Марко.

- Andiamo a! Guarda come i pagani bruceranno i morti52.

Ни черта не понятно, но идти надо, ишь как испанец руками машет.

Во внутреннем дворе уже собралась вся община. Ворота открыты, на стенах удвоенная охрана. Оба пикапа патрулируют на удалении. Не успели пленники присоединиться, как процессия двинулась за ворота. Возглавляли шествие жрец со старейшинами. За ними молодые парни несли трое носилок с убитыми. Метрах в трехстах, напротив ворот, посреди выровненной площадки, носилки с покойниками поставили на кучу то ли угля, то ли торфа, судя по запаху, пропитанного чем-то нефтесодержащим, обложили ветками и подожгли. Церемония прощания свелась к тому, что родственники по очереди подходили к погребальному костру, произносили краткую речь и, срезав прядь волос, бросали ее в огонь.

А потом была тризна в тало, практически не отличимая от праздничного ужина в честь пленения Ивана. Разве что вместо ""баранины"" угощали шаурмой с тушенным мясом ламы. Такая же шаурма стала первым завтраком Ивана в новом Мире. Накатили воспоминания, да еще и нога от долгого стояния снова разнылась, поэтому, захватив пару порций для пленных, Забелин по-тихому свалил спать.

10. День пятый.

Утро нового дня выдалось довольно спокойным. Проснулся, умылся, принес воды, сделал зарядку, покормил Жирха и пленников. Последние проснулись поздно, посвежевшими, но очень голодными.