Хищный. Наглый. Холостой

 — Я смотрела на собиравшуюся Лурию и понимала, что давно уже с ней простилась, намного раньше, чем с Дилей. Баринов добился своего — я многих людей увидела в истинном свете, осталось разобраться только с самим Саввой. — Нашла новую работу, Олесь?

— Я переезжаю в Питер, — охотно ответила Лурия. За три недели, что мы не виделись, Олеся чуть похудела, лицо чуть заострилось, но ей шло. — Новый город, новая работа, новая жизнь. Уверена, без меня ты скучать не будешь.

— Не буду. — С ней, как и с Дилей, я была полностью откровенна. — Но я желаю тебе счастья, пусть все получится.

— Спасибо. — Олеська кивнула. — Но я, если честно, удивлена, что ты здесь, а не с Саввой в Питере, до меня долетели слухи, что вы вместе и ты бросила Кальянова. Поздравляю! Мне, кстати, Пашка никогда не нравился, я его терпела ради тебя.

— Что? Савва в Питере? — не удержалась я от удивленного возгласа. — Но… откуда ты знаешь?!

— Виделась с ним мельком, я эти недели по договору там работала, а сейчас берут в штат и совсем на другие деньги. Мир тесен, столкнулась с ним в фойе гостиницы. У его отца инфаркт. А ты разве не знаешь?

Что-что, а хищный взгляд у Лурии остался без изменений.

— Мы поссорились.

— Мне жаль, если так. — Олеся выдернула лист бумаги из блокнота и быстро что-то на нем написала. — Он живет недалеко от Мариинки, вот название отеля. Если надумаешь помириться. Удачи, Катя.

Я всего пару раз в жизни видела родителей Саввы, их единственный сын был копией Баринова-старшего. Я всегда думала, что через двадцать — тридцать лет Викинг будет точь-в точь как его отец. А теперь у него инфаркт, хотя ему едва ли больше пятидесяти пяти.

— Кать, ты плачешь? — вездесущая Лисецкая окликнула меня по дороге в кабинет. — Что случилось? Это из-за Лурии? Она ляпнула что-то? Вот змея!

— Все в порядке, Олеся ни при чем. — Я нервно мяла в руке лист бумаги с названием отеля. — Я, честно говоря, не ожидала, что она мне расскажет, где Савва.

— И где же?

— В Петербурге, его отец в больнице.

— Ого! — Инга явно расстроилась. — Может, поэтому и не берет трубку?"

"— Может. — Я кивнула. — Я все понимаю, но… неужели он считает, что я не смогу его поддержать в такой момент? Или моя помощь ему вообще не нужна?

Лисецкая сочувственно посмотрела на меня, но говорить больше ничего не стала. Она, как и я, отвлеклась на оповещение из рабочего чата.

— Ух ты, объявление через пять минут в «Колумбе». Ты идешь?

Я кивнула.

Инга взяла меня под руку и начала рассказывать про очередной косяк Кальянова. Я слушала вполуха, судьба Пашки меня волновала мало, хотя я бы обрадовалась, исчезни он из «Элиота».

Мы уже почти дошли до переговорной, когда экран моего мобильного вспыхнул, а из динамика полилась мелодичная трель.