Хищный. Наглый. Холостой

И что ничего, кроме боли, мне это тогда не принесло бы, да и не готова я была к правде. Если бы Кальянов все отрицал, то поверила бы ему, не вам. И все равно осталась бы с ним.

— Я в детстве случайно услышала разговор мамы с подругой… ее тоже, кстати, Катей зовут. — Инга остановилась у примерочной. — Она, когда разводилась со своим первым мужем, спросила у него, изменял ли он ей. И он ответил, что да. И теть Катя сказала маме, что ей было так невыносимо больно, что она пожалела, что спросила. И сказала, что предпочла бы не знать. Я эту историю на всю жизнь запомнила. Не подумала, что ты можешь так отреагировать, да и Кальянов вроде как больше ни с кем не путался.

— Забыли уже, Ин. — Я помогала ей развешивать в примерочной блузки. — Я тебе так скажу: я рада, что узнала об измене сейчас, потому что уже внутренне созрела для расставания.

Лисецкая спряталась в примерочной, я же стояла по другую сторону шторки и раздумывала, не заблокировать ли мне Кальянова. Пашка повадился писать мне каждый день трогательные сообщения. «Ты сегодня отлично выглядишь, Катюш». «Посмотри на небо, оно сегодня такое чистое. Помнишь, мы любили сидеть обнявшись и смотреть вверх?» И все в таком же духе. Ну хоть в офисе ведет себя прилично. Пока."

"— Показывай, Ин! Чего притихла? — Я заглянула за шторку. Лисецкая крутилась у зеркала. Синяя полупрозрачная приталенная блузка смотрелась на ней сногсшибательно. — Берем!

— Я тоже так думаю. — Инга быстро сделала селфи и отправила фотку Козлову. — Спасибо, что сходила со мной. Ты сейчас куда?

— Я к Баринову, вчера оставила у него планшет, да и корма надо коту подсыпать. У Саввы дела, он не может сейчас.

— Круто с ним? — Инга уже обратно переодевалась.

— Невероятно. И совсем не так, как с Пашей.

— Ну, Баринов — мужик, он никогда не будет ведомым, как Кальян, — фыркнула Лисецкая и добавила: — Радуйся, что у него есть яйца.

Я и радовалась.

К дому я подъехала без четверти семь. Передо мной тут же открылись ворота: меня здесь уже знали, да и Савва сделал пропуск на машину.

— Здрасти. — Из будки вышел охранник. — Около дома все занято, давайте на подземную, где раньше всегда ставили.

— Что? — переспросила я. — Раньше? Я никогда не была на подземной парковке, я всего третий раз приезжаю.

Парень еще раз глянул на номера, пожал плечами и уверенно сказал:

— Та же машина, я же помню, почти месяц мужчина какой-то ездил.

Паша?!

— Светловолосый, худощавый, моего возраста примерно?

— Ну да. Давайте проезжайте, я покажу, как заехать.

Я на автомате следовала указаниям охранника, так же поднялась в квартиру Баринова, послушно покормила Самсона, почесала ему за ухом, забрала планшет и потянулась к мобильному.

Мне не давали покоя слова о моей «ауди» в доме Баринова.