Хищный. Наглый. Холостой

 — Похоже, я была права.

— Но Савва мне не говорил, что может подвинуть Тимура! Он не за этим приехал.

Я чуть было не крикнула, что он приехал за мной.

— И тем не менее, Кать, это так. Я точно знаю, что с Бариновым такой разговор вели акционеры. — Козлов придирчиво рассматривал бокал со смузи, который только что поставил перед ним официант. — Не только Серега выиграет, если тебя с позором уволят, но и Тимур, потому что Савва перестанет маячить перед ним, как кувалда. Так, ладно, это все лирика. Но вот если Баринов заставит провести нормальное расследование, тогда шанс есть выкарабкаться. Ради такого дела и наш шеф СБ из отпуска выйдет.

— Да, я как раз обратила внимание, что его сегодня не было, — рассеянно ответила я Лехе. — Господи, пережить бы этот день!

Но, как выяснилось, пережить нужно было куда больше, чем один день. Лишь через две недели мы, наконец, узнали всю правду!

Глава 32

Осенний дождь громко барабанил по раскрытому зонту, я слушала тяжелый стук капель и совсем не торопилась к стеклянной двери, встречающей всех сотрудников и посетителей «Элиота». Я исправно ходила сюда каждый день целых семь лет, за исключением праздников, редких отпусков и последних двух недель.

Меня отстранили, пока шло внутреннее расследование, но это не значит, что обо мне забыли. Я чувствовала, что стоит мне сейчас закрыть глаза, и я снова увижу хмурые лица аудиторов и безопасников, которые гоняли меня целую неделю не только по последним контрактам, но и по всем договорам за пять лет. А в «Элиоте» я и правда не появлялась, сегодня первый день после того, как меня официально восстановили в должности.

Снова первый день.

«Так и будешь стоять?»

Мобильный нетерпеливо пискнул сообщением, и я, откинув зонт чуть назад, подняла голову вверх. Капли дождя тут же оказались на щеках и лбу, но я продолжала смотреть на окно, в котором стоял он.

Савва. Мой Викинг.

«Я люблю тебя». Вряд ли он мог прочитать по губам мое признание, но, похоже, все и так понял.

Я вздохнула и уверенно зашла в здание.

Здесь будто бы и не изменилось ничего. Вот только многих людей я сегодня здесь уже не увижу.

Не будет Сереги, моего заклятого старшего аналитика, который и замутил всю эту историю. Козлов с Бариновым оказались правы — именно Пермяков писал анонимки, которые попадали на стол генерального. Там они и обрели «второе дыхание».

«Привет, ты уже в офисе? Тебя все ждут».

Инга… Она была рядом со мной все эти две недели. Она и Савва. Знаю, Диля тоже хотела, но я не смогла. Наверное, больше уже никогда не смогу посмотреть на нее так же беззаботно и искренне, как раньше. С Лисецкой оказалось проще. Мы поговорили. Точнее, она заставила себя выслушать.

«Да, уже поднимаюсь».