Хищник цвета ночи

Ловить ее стоны и прерывистое дыхание, сходить с ума и быть с ней единым целым…

Вырывая из болезненных воспоминаний, запищала кофемашина. Ник налил себе чашечку ароматного напитка и подошел к окну.

Приближение Вики Н’Ери почувствовал сразу. Легкое дуновение ветерка, сладкий аромат ее тела и стук родного сердца. Она подошла к нему, ласково обняла и прижалась щекой к его спине.

— Я тебя разбудил? — не оборачиваясь, спросил он.

— Нет, — сонно пробормотала Вика, продолжая обнимать.

— Ника спит?

— Угу. Там еще есть кофе?

— Могу предложить свой.

— Нет. — Она отступила. — Я себе свежий налью.

Ник сделал глоток, слушая, как жена, зевая, наливает себе кофе, как сладко потягивается, шурша одеждой.

— Опять кошмар? — спокойно поинтересовалась Вика.

Молодая женщина встала рядом, так же задумчиво рассматривая пейзаж за окном. На ней были легкие шорты и простая футболка, волосы собраны в небрежный пучок, пара прядей выбилась, легкими завитками легла на плечи.

— Да.

— Две недели прошло, — напомнила жена.

— Угу.

— Я думала, что… все.

— Я тоже так думал.

Недолгая тишина, во время которой Вика успела сделать глоток и раздраженно зашипела, когда кофе обжег язык.

— Ты ведь помнишь, что обещал?

Забудешь такое.

— Вик, — вздохнув, начал он.

— Ты обещал обратиться за помощью.

— Со мной все нормально.

— Не спорю. Если с тобой действительно все нормально, то бояться нечего, Ник. — Она все-таки повернулась, изучая его огромными зеленовато-карими глазами. — Я не хочу потерять тебя. Только не сейчас, когда у нас все хорошо, когда прошлое отступило. Если не ради меня, то ради Вероники. Тебе еще воспитывать своего котенка, из меня учитель неважный. Я совершенно ничего не понимаю в ваших хищных делах. И еще у нас впереди новая тяжба с Бертом. Третья, насколько я помню.

Она била по больному, и Ник это знал, но и отказать не мог. Только не когда дело касалось дочери. Ради своей принцессы мужчина был готов на многое. И еще кузен, который никак не желал признавать последнюю волю отца, раз за разом пытался оспорить завещание и отобрать деньги у Вероники. Их дочь была очень обеспеченной девочкой, гораздо более обеспеченной, чем родители. Хорошо, что ей сейчас совершенно нет до этого дела.

— Тори, это нечестно, — разом допив кофе, заметил мужчина.

— Я пытаюсь спасти свою семью. И ты должен мне помочь. Это продолжается не месяц и не два. Полтора года, Ник. Даже мои кошмары не длились так долго, а мне тоже есть что вспомнить.

Она произносила это спокойно, но затаенная печаль горькой тенью мелькала в глубине глаз.

Не забыла, и Ник не забыл. Стоит отвлечься, закрыть глаза, и он снова чувствовал ту жуткую боль, страх, отчаяние и безнадежное смирение.