Хищник цвета ночи

Потом, ни слова не говоря, отправилась в свою комнату. Упала на кровать и уснула, свернувшись комочком и глотая горючие слезы.

Казалось, что я спала целую вечность, но, открыв глаза, увидела, что на улице светло, а будильник показывает половину второго последнего дня этого года. Надо было бы еще поспать, но не получалось. Сон уже ушел.

Повернувшись на спину, закинула руки за голову и уставилась в потолок.

Слез не было, эмоций тоже. Зато я могла четко, спокойно и обстоятельно вспомнить все события минувших дней и понять, где ошиблась и все ли так однозначно, как мне представляется.

Сожалений о том, что поспешно сбежала, я не испытывала. Даже состояние, близкое к истерике, меня мало волновало. Мне надо было уехать оттуда. Хотя бы для того, чтобы остыть, прийти в себя и побыть наедине со своими мыслями.

Отец и сын З’Ерн. Такие разные и в то же время одинаковые. Оба преследуют свои цели, лгут и выкручиваются, пытаясь добиться желаемого. То, что Берт сказал правду, с которой семья согласилась, не означает, что все настолько очевидно. Я сомневалась, что этот хищник действовал в интересах Ника. Скорее наоборот. А если я невольно подыграла ему?

Я вспоминала и старших Н’Ери. Их разговор, случайно услышанный мной.

«— Не уверена, что он простит нас…

— Простит. Ты же понимаешь, что это для его блага».

Он — это Ник? Какое благо они имели в виду?

А если это правда? Если Ник был не в курсе? Но как такое возможно?

Одно дело я, меня можно обмануть. Это ведь не так сложно. Но другое — Ник. Он же хищник, вырос с ними. Неужели не понял, что родные нас обманывают?

Был и другой вопрос. Шаери.

Они знали об этой особенности наших отношений. Но откуда? Если Ник сказал, что отследить другим хищникам это невозможно, то выходит, что он сам им сообщил? Тогда получается, Н’Ери был в курсе, участвовал в заговоре и виновен в обмане. Или, возможно, родственники узнали сами? Тогда где мы прокололись? И, главное, когда?

Я села на кровати, обхватила голову руками."

"Все упирается в сроки! Полторы недели назад! Морозов потребовал вернуть деньги более десяти дней назад, как раз когда Ник предложил мне контракт. А ведь тогда я не была знакома с родичами Ника. Этот момент я бы точно забыть не смогла.

Но тогда как? Господи, как?! Как, не видя меня, они узнали о том, что я шаери, но не затронули при этом Н’Ери?

Ответа не было. Совсем. И чем больше я думала, тем сильнее запутывалась. Либо Ник с самого начала мне врал, либо существовало что-то такое, о чем нам неизвестно. Как бы сердце ни желало, разум настойчиво шептал, что первый вариант более вероятен.

Захотелось пить.

Спустившись вниз, я застала на кухне всю женскую половину нашей семьи, которая занималась приготовлением праздничного ужина. Бабушка, мама, сестра и две тети.