Заноза для хирурга (СИ)

Девочкам я вчера написала, что буду в отъезде, попросила молчать, если обо мне будут спрашивать, и пообещала, что всё расскажу, когда вернусь. Надежде, подумав, сообщать не стала. Она наверняка обидится на меня, но лучше уж так. Потом попрошу у неё прощения. Пусть никто на работе ничего не знает.

Кладу на стол запасные ключи от квартиры."

"— За кота не волнуйтесь, — угадывает мои мысли Алекс. — Присмотрим. А теперь глядите, — он передаёт мне распечатки. — Билеты на самолёт. Сейчас зайдём в офис авиакомпании, внесём ваши паспортные данные.

Я смотрю в бумаги, и глаза у меня лезут на лоб.

— Рим?!

— Э-э, а что-то не так? — мужчина хмурится.

— Нет-нет, всё в порядке, — говорю слабым голосом.

Вспоминается, что рассказывала Герману про визу не так давно — я по просьбе матери оформляла её год назад. Мама с последним мужем уже несколько лет живёт в Европе и хотела, чтобы я как-нибудь к ним приехала. Приехать я так и не собралась, но виза ещё действует.

— Бронь в отеле, пребывание оплачено, — продолжает передавать мне документы Алекс. — Здесь билеты в музеи на определённые даты — посмотрите позже, Герман Эдуардович сказал, что вы разберётесь. И карта, — протягивает мне пластиковый прямоугольник. — Пользуйтесь, не стесняйтесь, средств там достаточно.

— Алекс, — медлю и в итоге спрашиваю не совсем то, что хотела: — А откуда вы знаете Германа Эдуардовича?

— Не уверен, что мне можно рассказывать, — он улыбается, — спросите лучше у него самого. Идёмте, сейчас разберёмся с билетами, а потом я провожу вас, регистрация на рейс скоро начнётся.

Я не успеваю оглянуться, как улыбчивая девушка в каком-то служебном помещении, куда меня провёл Алекс, быстро вносит данные моего паспорта в систему и распечатывает новые билеты. Потом на стойке регистрации я получаю посадочный талон, и мой провожатый доводит меня до контроля безопасности.

— Дальше вы уже сами, Анна Николаевна, — Алекс улыбается мне на прощанье. — Хорошего отдыха!

— Спасибо, — растерянно прощаюсь и прохожу через турникеты на контроль.

Я настолько в шоке от всего, что, даже пройдя все досмотры и усевшись возле нужного выхода, не верю в реальность происходящего.

Покопавшись в сумке, достаю непривычный новый телефон и набираю Соболевского. Он отвечает почти моментально.

— Ну что, Аннушка, как вы себя чувствуете? — голос в трубке бодрый.

— Странно я себя чувствую, Герман Эдуардович, — оглядываю пространство вокруг, которое постепенно заполняется людьми, видимо, пассажиры начинают подтягиваться на рейс.

— Странно плохо или странно хорошо?

— Пожалуй… — задумываюсь и говорю с удивлением: — странно хорошо!

— Только это и важно, — убеждённо говорит мой собеседник.