Хирург Коновалов

Сплошные буквы и цифры, чисто матрица. А вот все остальное…

На Инне моя футболка, и она задралась. Ровно до той границы, чтобы было видно начало аппетитной круглой попы. Кроме футболки на Инне, похоже, ничего нет. От такого предложения грех отказаться.

От моего прикосновения Инна подпрыгивает на месте, вытаскивает наушники.

– Вадим!

– И тебе доброго утра, милая, – прижимаю ладонью ее поясницу. Не надо вставать, поза отличная.

Упс. Сюрприз. Под футболкой я обнаруживаю трусы. Задираю футболку. Так и есть, крошечные, телесного цвета стринги.

– Бурова на тебя нет.

– Причем тут Григорий Олегович?

– Он утверждает, что стринги крайне вредны для женщин, – глажу пальцем пока сверху. – Аргументов, честно сказать, не помню.

– Вадим… – ерзает, уворачиваясь от прикосновений. – У меня там…

Ныряю пальцем под бежевое.

– А у меня тут.

– Вадим… – всхлипывает. – Если я там не… У нас в понедельник регистратура встанет! И меня сожрут!

– Сегодня же не понедельник.

Замирает. А потом резко выворачивается из моих рук, садится на диване. Мне приходится выпрямиться в полный рост. И мне без лишних разговоров сдергивают штаны вниз.

А, вот как? То есть, решила отвязаться от меня по-быстрому? Типа, хата не метена, корова не доена, мужик не трахан? Ну-ну… Быстро я тебя не отпущу, Ласточка моя стремительная. Но пока, в моменте, наслаждаюсь. В какой-то момент от удовольствия даже голова запрокидывается назад. Как же ты делаешь это, милая моя. Идеально…

Ловлю себя на последних секундах. Нет-нет, мы играем по моим правилам. С утра и по-быстрому – вариант прекрасный, но не в нынешних обстоятельствах.

Я быстро избавляю нас от одежды. А Инну опрокидываю на диван.

– Ноутбук… – пищит она.

Да провались он! Закрываю крышку и сметаю в самый угол дивана. Все, плацдарм готов. Одну ее ногу на спинку дивана, другую в сторону. Втягиваю носом воздух. Про ноутбук она тут вспоминала… Да ты сейчас обо всем забудешь."

"У меня уже привычно сносит голову от того, какая она нежная, влажная, отзывчивая на ласку. Или даже сильнее. Сегодня как-то особенно остро. И сил уже оттягивать нет, я хочу ее наслаждение, чтобы она вздрагивала и всхлипывала. Хочу чувствовать, как сокращается все у нее внутри.

Отпускаю. Ее наслаждение ловлю губами снаружи и пальцами внутри. А потом подтягиваюсь наверх и жадно целую в рот. От нее пахнет мной, от меня ею. Это очень интимный поцелуй. Охрененно правильный поцелуй.

И, хотя у Инны еще поплывший взгляд, и вся она как пластилин, я больше не могу ждать. Переворачиваю, поднимаю за бедра и врубаюсь.

***

Его движения резкие, глубокие. И руки держат крепко. И я вздрагиваю от каждого его толчка. Это… это слишком. Не больно, нет. Просто… слишком. Вадим забрал слишком много меня. Почти все.