Хирург Коновалов

Я тебе предупреждал про коленно-локтевую? Предупреждал!

Про презерватив вспоминаю в последний момент. Вот уже когда вижу, как соприкасаются ее приоткрытые губы и головка моего члена…. Твою ж-ж-ж-ж-ж-ж…

До зубовного скрежета вдруг хочется ее взять прямо вот так, без всего. Но я слишком долго в медицине, чтобы не понимать, что так нельзя. Что такие вещи надо проговаривать. Что есть куча «но». Резко заваливаюсь назад, делаю все максимально быстро.

А потом беру свое. Потому что это все мое. И потому что мне все можно.

Глава 7.

– Опять два-один. И опять не в мою пользу. Ума не приложу, что делать с этим вопиющим нарушением прав мужчины и человека.

Я тоже ума не приложу, как на это все реагировать. Поэтому молчу и туплю. Этому очень способствует то, что Вадим медитативно что-то рисует пальцами на моем бедре.

Так вот он какой, этот взрослый новый мир. Ну что, надо признать, в нем есть определенные плюсы. Так, как Вадим меня только что… Я даже слова не могу подобрать сходу: он меня – что? То, что происходило на массажной кушетке, стало для меня не просто новым опытом – я вообще не подозревала, что так можно. Оказывается, сказанная от волнения фраза про «по записи» может привести к такому вот ошеломительному результату. Меня никогда так… Нет, слов по-прежнему не находится. Холили? Нежили? Трогали везде, где только можно, и даже там, где меня никто никогда не трогал! Я ему все позволила. Потому что…Потому что как-то так получилось, что Вадим вдруг взял и забрал меня. И меня не стало. Я стала частью, продолжением его рук и… Нет, рефлексию надо точно отложить на потом! А сейчас пробовать играть по правилам взрослого нового мира.

– Кто идет первым в душ?

Вадим расчетливо хватает меня за бедро, притягивает.

– Я же сказал – вместе."

"– Нет! – вздрагиваю я. Это почти паника, но к этому правилу в новом взрослом мире я не готова. Не знаю почему, но нет. Или знаю. Мне надо вернуть себе хотя бы часть себя. Перестать быть той, на которой нет ни одного запретного места для наглых пальцев в массажном масле. И которая может полностью попасть под власть этих пальцев. Перестать быть той, в которую резко и ритмично врезаются сзади, под пошлые шлепки и мои же собственные стоны. Мне надо вернуть хотя бы часть себя себе. Пойти вместе с Вадимом в душ – это явно путь в другом направлении.

– Знаю я, чем это закончится. Я в душ, а ты за дверь. Пошли вместе.

– Нет! – мотаю головой. – Честное слово, Вадим, нет. Я никуда не уйду. По крайней мере, пока ты будешь в душе.

– Ты до завтра никуда не уйдешь, – он встает с кровати. – Я иду в душ и забираю с собой ключи и твою одежду.

– Вадим!

– Ну, на крайний случай ты можешь порвать простынь и спуститься с балкона.