Херувим

У изголовья на журнальном столике мелодично тренькал новенький мобильный аппарат.

Эту крошечную серебристую игрушку она обнаружила, когда вернулась из больницы, на тумбе в прихожей, в подарочной коробке, украшенной золотой ленточкой. Домработница Милка сообщила, что за несколько часов до ее возвращения коробку принес курьер службы «Товары на дом». Сказал, что все оплачено, и попросил расписаться.

В коробке оказался аппарат «Моторолла», совершенно новый, и книжка с инструкцией к нему на русском языке. Стоило его включить, и он тут же зазвонил.

– С возвращением, моя птичка, – ласково прорычал в трубке голос Шамиля Исмаилова, – как ты себя чувствуешь?

Она поблагодарила за подарок. Он объяснил, что эта игрушка должна быть постоянно при ней.

– Никогда не выключай. По нему только я тебе буду звонить, только я, и больше никто. Когда я буду звонить, ты сразу иди с телефоном в ванную и включай воду. Поняла?

– А я могу тебе позвонить? – спросила она, закрывшись в ванной и включив воду.

– Нет. Пока нет.

– Зачем ты хотел встретиться?

– Просто соскучился, – пробасил он насмешливо.

– Врешь. У тебя было ко мне какое-то дело.

– Ну зачем ты так, девочка? Неужели до сих пор злишься?

– Уже нет. Но все-таки не понимаю, для чего ты неделю назад сорвал меня из больницы?

– Мне надо было проверить, насколько серьезно тебя пасут.

– А то ты без проверок не мог догадаться, что пасут серьезно?

– Мог, конечно. Слушай, а эта твоя докторша, она вообще что за человек?

У Анжелы противно сжался желудок.

– Я тебя просила оставить ее в покое! – рявкнула она так громко, что в дверь постучала Милка и тревожно спросила, все ли в порядке. Анжела ответила, что все нормально, и перешла на шепот: – Ты можешь понять, что из-за тебя она чуть не отказалась оперировать меня?

– Не волнуйся, девочка. Деньги заплачены, никуда она не денется. Скажи, она задавала тебе какие-нибудь вопросы?

– Ой, елки зеленые! Ну какие вопросы? Ты совсем очумел? Она меня лечит. Она мой врач. Что ты к ней привязался?

– Почему она согласилась везти тебя домой? Она врач, но не шофер. О чем вы говорили по дороге в машине?

– О лечении говорили. Об операциях. О чем еще?

– Она была рядом, когда я тебе звонил. Она дважды была рядом. Ты говорила со мной при ней, в ее машине. Она спрашивала, с кем ты говоришь?

– Да ничего она не спрашивала. На хрен ты ей сдался! – Анжела опять сорвалась на крик.

– Потише, девочка, – мягко напомнил Шамиль.

– Извини, – прошептала Анжела.

– Ничего, малышка. Но вообще я не люблю, когда ты кричишь. Почему она согласилась отвезти тебя домой? – повторил он задумчиво, словно спрашивал себя самого.

– Да просто так! Я попросила, она согласилась. Больше некому было. Генка заболел и денег не оставил ни копейки.