Хелл. Замужем не просто

— Спасибо, — сдерживая усмешку, произнес деймас, затем наклонившись, начал целовать ее лицо, шею, плечи, — Хелли… я так мечтал о детях… Много лет мечтал, а теперь… Пусть это страшно и неправильно, но ты для меня дороже, чем дети… — едва проговорил, получил затрещину, — Хелл?!

— Девочку зовут Далиен, — с намеком произнесла Хелл, — и ее и Леодаса ты будешь любить и обожать и не будешь давить на них всей вашей деймосянской официозностью, понял?

— Да, Хелли… прости… они же не виноваты…

— И ты не виноват! Хотя нет, и еще как виноват, я тебе Филлери еще не простила, — она поерзала у него на коленях, усаживаясь удобнее, потом посмотрела на пробивающиеся на горизонте лучи восходящего солнца. — Смотри на жизнь проще, любимый. Без меня тебе не придется краснеть перед родственниками, нервничать постоянно, искать меня, как только мне станет скучно!"

"— Хелл… — простонал Сиан сжимая ее сильнее, — Хелл, к рашнагару все твои выкрутасы, я готов терпеть их по двадцать раз на день… только бы ты была рядом!

— Извини, милый, хорошего понемножку, — она улыбнулась, — хотя… сомневаюсь, что тебе будет скучно, — Хелл выразительно погладила животик, — там все же есть и мои гены, так что будешь ты милый терпеть выкрутасы в моем стиле всю оставшуюся жизнь. Считай это моей местью… за Филлери!

— Хелли, моя, Хелли! — он снова глухо застонал, пряча лицо в ее распущенных волосах, — это не выносимо жить каждый день, зная, что твоя жизнь на этот самый день становится короче… Это не выносимо смотреть на тебя и знать…

— Так, я не поняла, кто из нас двоих умирать собрался? — грозно спросила наемница. — Если я, то можно убиваться по поводу своей загубленной молодости буду тоже я, а? — и уже серьезным тоном добавила, — Сиан, я люблю тебя, и наших детей я тоже люблю и мне не страшно, поверь! Больно, грустно, обидно… но не страшно! И пусть я не увижу, как они растут и меня не будет рядом каждый день их маленькой жизни, но зато рядом с ними будет мой самый любимый мужчина… Сиан, давай ценить то, что у нас сесть сейчас! А у нас есть ты, я и наши крошки — это уже не мало, согласись. И если с их рождением тебе будет немножко грустно, зато на одну грусть появятся две радости! Целых две, представляешь!

— Но как мне жить без тебя? — из его глаз покатились слезы, всего две, но это были его первые слезы.

Хелл вырвалась из его объятий, встала, поправила простынь и уверенно произнесла:

— Сначала тяжело будет. Потом начнешь ненавидеть себя. Потом весь мир, а потом… время лечит, Сиан. Поверь, никто не понимает тебя в этот момент как я, хотя у меня было хуже… намного хуже. Я нашла спасение в ненависти и мести, я потеряла себя и так и не смогла стать прежней. А у тебя будут наши дети, и спасение для тебя будет в любви к ним.