Имя ей Хель

Глава 20

Нить

Я сидела на нижнем этаже библиотеки и кормила оленёнка со свёрнутой тряпицы, которую пропитывала коровьим молоком из миски. Он чавкал, прижимался, ворочался у меня на руках и больно топтался по ногам копытцами. Звёздные олени не любили солнечный свет, поэтому Хоук соорудил для него загон в библиотеке. Разместил его подальше от стеллажей, наколдовал внутри полянку с высокой травой и даже маленькое озерцо, не обращая внимания на ворчание Ферра о том, что вода может навредить книгам. Но тот, кажется, был и не против, раз позволял заклинаниям Хоука воплощаться в жизнь. Мне же поручили приглядывать за малышом, пока Хоук занимается государственными делами: слушает бесконечные доклады Олмуна о состоянии казны, обсуждает с Лираной дела просителей и подготовку к Ночи Аанъя, терпит ворчание Аркена по поводу опасных соседей за Лунным Хребтом. Тренировки мы пока отложили.

Я проводила в библиотеке времени больше, чем в собственной спальне, потому что оленёнка надо было кормить каждые несколько часов, и никому, кроме меня, это дело Хоук доверять не собирался. Ферр тоже был тут и листал книги в поисках ответа на вопрос о том, что теперь делать с церемонией. Оленёнок оказался девочкой, да и будь он самцом, – не успел бы вырасти и обзавестись рогами к сроку. Поэтому нам предстояло выяснить, где ещё водятся Звёздные олени, чем заменить воду из озера Жизни и как успеть найти все ответы до праздника.

– Нашёл! – проревел Ферр, оленёнок испуганно задёргался и опрокинул миску с молоком, драконья лапа ткнула мне в лицо потрёпанный лист пергамента.

Я потянулась к листу, но Ферр предупреждающе зарычал, и я поспешно отдёрнула руку. На пергаменте значились незнакомые символы, они отдалённо напоминали руны, но угадать их значение я не могла.

– Что это? – спросила я.

– Написано же!

– Я не умею читать по-вашему.

– О, – выдохнул дым Ферр. – Я слышал, что люди неграмотные…

В Гильдии всех учили читать и считать, но я не стала переубеждать Ферра, терпеливо ожидая, когда он соизволит перейти к сути. Ферр развернул к себе листок и вложил в толстую книгу, а я в очередной раз удивилась, как ловко он управляется с мелкими страничками своими огромными лапищами.

– Это летопись всех Ночей Аанъя. И тут сказано, что на одном таком празднике двести сорок восемь лет назад Верховный Король подарил целый бутыль, наполненный водами озера жизни, учёному-фейцу по имени Рогфурт… – Ферр выразительно замолчал и взглянул на меня так, будто ждал по меньшей мере восхищённого восклицания. Не дождавшись, клацнул зубами и спросил: – Ты же знаешь, кто такой Рогфурт? Уж люди-то должны знать его имя!

Я пожала плечами.