Хаски и его учитель белый кот. Том III

Ведь иначе, безо всякого на то права, ему пришлось бы нанести душевную рану этой отважной девушке, и тогда…

Плеск.

Тогда что?

Он не успел додумать. Если бы он и дальше стал об этом размышлять, возможно, у него не хватило бы смелости. Он не додумал, потому что кипящий пруд крови поглотил его. Прежде чем он закончил свою мысль, его кости и плоть обратились в пепел.

Последнее, что он успел сделать при жизни, — это отвязать от пояса колчан, стежок за стежком вышитый его матерью, и отбросить его на берег озера вместе со скрытым внутри безумно воющим Наобайцзинем.

Прежде чем обратиться в пепел, Наньгун Сы все еще находился в сознании, но, вопреки ожиданиям, не чувствовал боли. Он как будто очень ясно услышал шлепок, с которым упал на берег озера его колчан, похожий на плач вой Наобайцзиня, и еще ему показалось, что он слышит, как всегда такой спокойный Чу Ваньнин с непривычным волнением в голосе выкрикивает его имя.

Он хотел отозваться.

Он хотел ответить:

Учитель…

Я признаю тебя.

Как я могу не признать тебя.

Ведь на самом деле я помню, что в тот год под цветущим деревом я поклонился тебе, как наставнику.

Но ты не согласился принять меня.

У меня тоже есть гордость и чувство собственного достоинства. Я так боялся, что вам не понравились мои врожденные качества[224.3] и потому впоследствии притворялся, что был слишком молод и все забыл.

Позже, когда вы захотели меня признать, я побоялся, что это причинит вам вред…

Но сейчас все хорошо.

У меня есть Учитель, я пересказал маме тот отрывок «Свободного скитания», с Е Ванси и Наобайцзинем все в порядке.

Кроме того, я ведь и подумать не мог, что перед смертью получится вновь съесть дольку мандарина.

И тот человек... сам очистил его…

Это был вкус тех самых мандаринов, которыми он кормил меня в детстве.

Такой сладкий хороший вкус…

В одно мгновение душа Наньгун Сы рассеялась, все поблекло и растаяло, как мираж. Все былые мечты и стремления стали прахом и исчезли без следа.

Договор на крови был восстановлен.

Озеро Духа Дракона вдруг вспыхнуло, и от него начало распространяться ослепительное сияние, уничтожающее всю нечисть на своем пути. Словно тысячи разящих драконьих мечей, свет от озера с легкостью сокрушил жуков из хвоста дракона, змей из его чешуи и удерживающие поток трупов снаружи извивающиеся жилы дракона, обратив все в прах и пепел."

"Выскочившая из тоннеля окровавленная Е Ванси увидела лишь тень падающего в озеро Наньгун Сы, а потом сияние затопило кровавый пруд, осветив потрясенные лица заклинателей, жалобно скулящего Наобайцзиня и Чу Ваньнина, который нагнулся и крепко обнял волка…

Меч выпал из ее руки, с лязгом ударившись о землю.