Хаски и его учитель белый кот. Том III

На самом деле он знал, что Чу Ваньнин по-прежнему крепко спит, иначе вряд ли ему удалось бы набраться смелости, чтобы войти в эту комнату и сесть рядом с ним.

Какое-то время Ши Мэй сидел в оцепенении. Казалось, в этот момент у него в голове роится множество мыслей, и в то же время он как будто ни о чем и не думал.

На самом деле, в ранней юности, еще до того, как поклониться учителю, у него уже было заветное желание[273.2], ради которого он был готов пожертвовать чем угодно."

"Он очень ясно осознавал свое предназначение, поэтому никогда не чувствовал, что поступает неправильно, но однажды ткань времени и пространства была разорвана, и перед ним вдруг появился измученный тяготами пути тот самый второй Ши Мэй из другого бренного мира.

Тогда он внезапно увидел самого себя таким, каким будет через десять лет.

Если отодвинуть в сторону испытанные им в юные годы при первой встрече с Хуа Биньанем изумление и ужас, самым сильным впечатлением от этой личности было его явное душевное нездоровье… тогда он никак не мог понять, что могло так сильно его перемолоть. Мрачный и угрюмый, изворотливый и коварный, подавленный и тревожный, нетерпеливый и отчаянно готовый поставить на карту все.

Однако ради их общей сокровенной мечты он в итоге все же согласился с тем, что требовал от него Хуа Биньань. Тщательно планируя, просчитывая и обдумывая каждый шаг, в дальнейшем они рука об руку пришли к тому, что имеют на сегодняшний день.

Все эти годы в обоих мирах каждый из двух Ши Мэев выполнял свою работу. Он был тем, кто оставался рядом с Мо Жанем, а явившийся сюда из другого мира Ши Минцзин был тем, кто манипулировал всем из-за кулис.

Точно так же, как Наступающий на бессмертных Император Тасянь-Цзюнь и образцовый наставник Мо — две совершенно разные личности, он сам и тот Ши Минцзин на деле были не так уж и похожи. Из-за разницы в жизненном опыте тот Ши Минцзин казался куда более похожим на созданную ими личность расчетливого и амбициозного мастера Ханьлиня, а сам он предпочитал оставаться в тени, став темной лошадкой на собственной шахматной доске.

Вспоминая то время, когда, пройдя через разлом во Вратах Жизни и Смерти, Хуа Биньань появился перед ним, он сам был уже довольно коварным и расчетливым молодым человеком. Однако после того, как он стал сотрудничать с Хуа Биньанем, тот без обиняков сказал ему, что ради достижения их целей ему нужно научиться лучше притворяться. Очень скоро именно из-за этого он крупно поссорился с Хуа Биньанем.

— С меня хватит! До каких пор ты хочешь, чтобы я притворялся? Я должен всегда и везде быть кротким, ласковым и любезным, молча сносить все обиды и оскорбления.