Хаски и его учитель белый кот. Том III

Это был лежащий на помосте Мо Жань.

Ресницы Сюэ Мэна затрепетали, словно полог под порывом сильного ветра, создав рябь в том, что отражалось в его глазах. Не тьма, но и не свет.

Вдруг он сказал:

— У него уже нет духовного ядра.

— Что это значит? — спросила Му Яньли.

Сюэ Мэн вдруг вскипел и, взглянув на нее, сказал:

— Что это значит? А так, значит, не ясно? Разве не он был тем человеком, который заставил марионеток Вэйци Чжэньлун отступить и тем самым спас вас всех на Пике Сышэн? Глава Цитадели Му, я хочу знать, каким образом вы собираетесь привести в исполнение этот приговор? Его духовное ядро раздроблено! Что еще вы собираетесь с ним сделать? Вырезать его сердце?

В его глазах блестели слезы, ногти глубоко впились в ладони.

— Вырезать духовное ядро… Вырезать духовное ядро… но если нет духовного ядра, значит вы хотите забрать его жизнь!

Прищурившись, Му Яньли ответила:

— У Цитадели Тяньинь есть свои методы.

— Согласно правилам, после вынесения приговора он будет приведен в исполнение через три дня, — внезапно в их разговор вклинился тихий чуть хрипловатый голос. Когда люди подняли глаза и нашли взглядом говорившего, то оказалось, что это была Е Ванси. — Глава Цитадели, давайте прямо сейчас проясним, какие именно методы вы будете использовать.

Сразу же некоторые люди из Усадьбы Битань поспешили обрушить на нее свой гнев:

— Какое право ты имеешь открывать свой рот? Ничтожество, кем ты себя возомнила?!

Собравшиеся внизу люди начали шептаться:

— Опираясь на поддержку Цзян Си и на то, что героическая гибель Наньгун Сы очистила имя Духовной школы Жуфэн, она в самом деле стала мнить о себе невесть что. Иначе с чего какая-то безродная баба смеет допрашивать хозяйку Цитадели Тяньинь, словно она ей ровня?

Е Ванси пропустила их слова мимо ушей, но в этот момент кто-то из затаивших обиду на род Наньгунов, громко крикнул ей:

— Е Ванси, Духовная школа Жуфэн сгинула, или ты думаешь, что раз уж одна сидишь на этой трибуне, то теперь можешь считаться главой ордена?

Е Ванси обняла громко взвывшего у нее на руках все еще не восстановившего свои духовные силы Наобайцзиня, а потом поднялась со своего места и встала прямо — одна на всю трибуну. Она не выказывала злости и раздражения, не кричала и не бранилась, но когда все эти возмущенные или насмешливые голоса постепенно стихли, спокойно сказала:

— Командующий тайной стражи Духовной школы Жуфэн все еще здесь, неважно, сгинул мой орден или нет, ваши слова не имеют никакого веса.

— Ты…

Е Ванси больше не желала отвлекаться на посторонних, так что теперь ее глаза смотрели лишь на Му Яньли:

— Прошу главу Цитадели дать точные пояснения.