Хаски и его учитель белый кот. Том III

Достаточно было держать под контролем человека, схожего с ним телосложения, чтобы ввести в заблуждение большинство адептов вашего ордена.

Цзян Си нахмурился:

— Ты хочешь сказать, что в Гуюэе жил поддельный Хуа Биньань?

— Иногда настоящий, а иногда поддельный. Чтобы избежать разоблачения правильнее всего было бы их чередовать.

— Тогда, выходит, Ши Минцзин должен уметь использовать Вэйци Чжэньлун, — поразмыслив, заметил Цзян Си, — однако большинство учеников ордена целителей не могут похвастаться мощным духовным ядром и обилием духовной энергии, так что очень маловероятно, что кто-то из Гуюэе смог бы овладеть такого рода техникой.

— Глава Цзян совершенно прав. Вэйци Чжэньлун предполагает расход огромного количества духовной энергии. Хуа Биньань, несомненно, был хорошо знаком с этой техникой в теории, однако из-за недостатка духовных сил не мог использовать ее сам. Потому ему пришлось вступить в сговор с Сюй Шуанлинем…

Цзян Си покачал головой:"

"— Вряд ли. Сюй Шуанлинь проговорился, что тот человек, что прячется за кулисами, его друг, поэтому он не предаст его. Именно из-за этого до самой своей смерти он так и не раскрыл нам его личность. Если даже предположить, что Ши Мэй — это Хуа Биньань, Сюй Шуанлинь должен был сразу узнать его. В таком случае почему после того, как Хуа Биньань разрушил его формацию для техники Возрождения, Сюй Шуанлинь не предал его?

— Потому что Сюй Шуанлинь не знал, что Хуа Биньань и Ши Мэй — это один и тот же человек, — ответил Мо Жань.

Стоявший рядом с ним настоятель Сюаньцзин задумчиво покрутил ус и вмешался в их разговор:

— Раз уж они были близкими друзьями, как он мог не знать о такой важной вещи…

— Это Сюй Шуанлинь считал Ши Мэя лучшим другом, — ответил Мо Жань, — однако со своей стороны вряд ли Ши Минцзин мог допустить истинную сердечную привязанность к нему. На его игровой доске Сюй Шуанлинь был лишь одной из ключевых игральных шашек и не более того.

Сделав паузу, он продолжил:

— Когда на горе Цзяо в зале у ворот раненный Хуа Биньань снял вуаль, его открытое лицо выглядело невероятно уродливым, чем-то похожим на тело морской звезды. Теперь я думаю, что, должно быть, тогда он просто использовал искусно сделанную маску из человеческой кожи. Что же касается Сюй Шуанлиня, то, возможно, все это время он видел именно такое лицо своего «верного друга», а истинное лицо Ши Мэя вообще увидел впервые в жизни, поэтому облик Хуа Биньаня не вызвал у него никаких ассоциаций с Ши Мэем. До конца своих дней Сюй Шуанлинь так и не понял, что его лучший друг использовал и погубил его и, естественно, не зная всей правды, не стал раскрывать известную ему правду.