Хаски и его учитель белый кот. Том III

Однако, услышав наяву «покончил с собой», он все равно почувствовал, как сердце сжала тупая боль.

Не сводя с него глаз, Ши Мэй продолжил:

— Учитель, так уж вышло, что ты действительно защитил его, ведь из-за этого, вопреки всему, его душа смогла переродиться. Увы, я до сих пор не могу понять, как лишенный всех сил калека, каким ты был в то время, смог разрушить мой идеальный план? Ты?!.. Ты и правда смог поразить меня.

Мягкие, как пушинки рогоза, длинные ресницы опустились, когда Ши Мэй склонился, будто желая поцеловать Чу Ваньнина.

Опомнившись, Чу Ваньнин со скоростью молнии поднял руку и схватил его за горло, сдавив так сильно, что на тыльной стороне ладони вздулись вены.

Даже не переменившись в лице, Ши Мэй небрежно перехватил его запястье. Похоже, такая реакция Чу Ваньнина не стала для него неожиданностью.

— Что? Неужели Учитель снова решил убить меня, — насмешливо спросил он, — это второй раз или уже третий? К сожалению для тебя, уже слишком поздно. Сейчас это совершенно невозможно.

Как только его голос затих, послышалось шипение золотисто-черной змеи[254.1], которая выползла из широкого рукава Ши Мэя и свирепо вцепилась в предплечье Чу Ваньнина.

Неизвестно, насколько ядовитой была эта тварь, но хватило одного укуса, чтобы тело прошила резкая и острая боль. Из рук Чу Ваньнина исчезла вся сила, чем Ши Мэй тут же воспользовался и, схватив его за запястья, привязал к столбику кровати в еще более унизительной позе.

— Не беспокойся, эта змея не ядовита, — пояснил Ши Мэй, связывая его руки. Закончив, он сел рядом и, кончиком белоснежного пальца поглаживая змею, довольно прищурил свои персиковые глаза. — Она была вскормлена мной специально для тебя, так что ее укус может лишь вызвать слабость во всем твоем теле. При всей моей любви и уважении к Учителю, я могу сделать для него только это.

Ши Мэй поднял руку, и змея послушно скользнула обратно в рукав, быстро исчезнув из вида.

— К слову, в прошлой жизни я был слишком беспомощен и только поэтому позволил тебе так долго оставаться рядом с Мо Вэйюем. На самом деле, я этого очень не хотел, — он поднялся и начал неспешно снимать свой плащ, потом верхнее одеяние, а затем…

От охватившего его омерзения Чу Ваньнин резко переменился в лице:

— Ши Минцзин!..

В ответ Ши Мэй лишь мягко улыбнулся и, повернувшись лицом к Чу Ваньнину, неспешно приблизился к нему:

— Поделюсь маленьким секретом. Когда в прошлой жизни ты выходил замуж, я присутствовал на свадебном банкете как Хуа Биньань.

— !..

— Хотя из своих эгоистичных побуждений Тасянь-Цзюнь скрыл под красным шелком твою внешность, и всем прочим гостям было известно лишь, что он берет в жены наложницу Чу, я точно знал, что это был ты.