Хаски и его учитель белый кот. Том III

Он хотел кое-что сделать, но от одной мысли о последствиях страх, словно сорняк, буйно разросся в его душе, на время сковав волю…

В этот ключевой момент тело Наньгун Чанъина вдруг содрогнулось.

Эта дрожь была настолько заметна, что на нее обратили внимание практически все.

Сюэ Чжэнъюн изумленно воскликнул:

— Что происходит?!

Из-за повязки на глазах Наньгун Чанъин не видел, где точно находится Наньгун Сы, поэтому его поднятый меч был направлен не на него, а немного в сторону. В такой опасной ситуации Наньгун Сы не мог издать ни звука, ведь малейший шорох и даже едва заметное движение воздуха выдали бы Наньгун Чанъину его положение.

Поджав губы, уголки которых были испачканы свежей кровью, смертельно бледный Наньгун Сы продолжал вглядываться в лицо своего предка.

— Ты… Наньгун… Сы?

На сей раз не только Сюэ Чжэнъюн, но и множество стоявших в первых рядах людей вздрогнули, услышав эту фразу:

…Наньгун Чанъин в сознании?!

Выражение лица Мо Жаня тоже резко изменилось. Холодно блеснув напоследок, готовая к выстрелу тайная стрела была убрана и вновь надежно спрятана в рукаве. К этому времени спина Мо Жаня была уже мокрой от пробившего его холодного пота, а из-за бешено колотящегося сердца начала болеть грудь.

Удача была на его стороне… А он ведь почти раскрыл себя…

Ему очень повезло, что пока не нужно было ничего предпринимать. Но к малодушному облегчению очень скоро добавились тошнота и отвращение к себе за эту мелочную радость.

С тех пор, как он ступил в предгорья Цзяо, две части его «я» из прошлой и нынешней жизни вступили в яростную схватку. Сойдясь в рукопашной, они безжалостно кусали и рвали друг друга так, что теперь его измученная душа истекала кровью.

Он не знал, как долго еще сможет продержаться.

— Наньгун… Сы… седьмой…

Внутри магического барьера высоко поднятый меч Наньгун Чанъина начал медленно опускаться.

…Еще совсем немного ближе к земле… еще совсем чуть-чуть…"

"Потрясенный Сюэ Чжэнъюн в изумлении воскликнул:

— Он правда в сознании?!

Нет, в сознании он не был.

Но он и в самом деле приходил в себя, пытаясь восстановить те крохи самосознания, что еще оставались в этом мертвом теле.

Мо Жань окончательно убедился в своей догадке: скрывающийся в своем убежище на горе Цзяо Сюй Шуанлинь был похож на неумелого артиста кукольного театра, который, взявшись управлять слишком сложной и большой марионеткой, в итоге с ней не справился.

Еще немного — и Наньгун Чанъин освободится от его нитей…

Шух!

Прежде чем Мо Жань успел развить эту мысль, от пробирающего до костей звука разрезанной плоти его зрачки резко сузились, а кровь застыла в жилах.

Мгновение.