Хаски и его учитель белый кот. Том 1

Ради всех нас вы не должны действовать так импульсивно!

Находящегося сейчас в центре внимания «господина Сюэ» на самом деле звали Сюэ Мэн[16]. Десять лет назад, во времена юности, за выдающийся врожденный талант люди превозносили и восхваляли его, называя Любимцем Небес. Однако те времена давно миновали. Жизнь спустила его с небес на землю, и дошло до того, что люди просто высмеивали его за желание подняться на гору и снова встретиться с Мо Жанем.

[16] 薛蒙 Xuē Méng Сюэ Мэн: «незрелая полынь», где «сюэ» — полынь, а «мэн» — невежественный/юный/скрытый тьмой.

Лицо Сюэ Мэна исказила злая гримаса, губы затряслись, но, взяв себя в руки, он все же спросил:

— Тогда, в конце концов, сколько еще вы все собираетесь ждать?

— По крайней мере до тех пор, пока не сможем трезво оценить ситуацию.

— Правильно, а вдруг Мо Вэйюй подготовил ловушку для нас?

Пытаясь сгладить острые углы, монах попытался примирить стороны:

— Благодетель Сюэ, не надо спешить. Мы уже добрались до подножья, и теперь стоит проявить осторожность. В любом случае Дворец императора уже в осаде и ему некуда деваться с этой горы. Теперь он стрела на излете, и вряд ли сможет выкрутиться. Так стоит ли поступать опрометчиво и бросаться в бой, не проработав стратегию, только ради того, чтобы сделать все быстрее? Сегодня здесь собралось так много представителей знатных и могущественных фамилий, и даже случайная ошибка может погубить их всех. И кто тогда за это ответит?

Сюэ Мэн вдруг вспылил:

— Кто ответит? В таком случае я тоже спрошу у всех вас, а кто ответит за жизнь моего наставника? Мо Жань держит моего учителя в заточении уже десять лет! Целых десять лет! Прямо сейчас учитель заключен на той горе, а вы предлагаете мне подождать?

Когда Сюэ Мэн упомянул своего наставника, многие люди в толпе опустили головы, кто-то даже покраснел от стыда, некоторые вертели головой и прятали взгляд, бормоча оправдания себе под нос.

— Десять лет назад, когда Мо Жань назвался Тасянь-Цзюнем, он уничтожил весь орден Жуфэн и сровнял с землей все семьдесят два их города. Позже, провозгласив себя императором, он вознамерился уничтожить и остальные девять духовных школ. В конце концов, кто тогда дважды смог остановить его? Если бы мой учитель не поставил на кон свою жизнь, чтобы спасти вас, были бы вы все сейчас живы? Могли бы, как ни в чем не бывало, стоять тут и говорить со мной?

В воцарившейся после этих слов тишине кто-то тихо кашлянул и сказал:

— Не гневайтесь так, господин Сюэ. То, что случилось тогда с образцовым наставником[17] Чу… нам всем очень совестно вспоминать о том деле, и мы, несомненно, благодарны ему. Однако вы сами сказали, что он находится в заточении уже десять лет.