Харон. На переломе эпох

При всем моем скептицизме, за несколько сеансов помогло. Знать и дед терапией в походе не пренебрегал. Как и баней, которой оказался утепленный мешок, похожий на спальник толстяка. Мешок раскладывался на койке, внутрь вставлялись пластиковые латы и мешок становился полуцилиндром, куда небольшой приборчик гнал горячий воздух или пар по желанию пользователя. В парогенератор можно добавлять эфирные масла по вкусу. В мешок залезают через боковую молнию — можно целиком, а можно, чтоб голова оставалась снаружи.

А еще можно попробовать сделать все это в комплексе — магнитный резонатор под спину положить, нацепить ингалятор с кислородной маской, на пузо ленту массажера, было тут и такое, затем накатить стопочку и… в нирвану. Дед понимал толк в реабилитации!

У кормовой переборки ждали своего часа стиральная машина ASKO, подключенная к холодной и горячей воде, а рядом располагалась швейная машина MAQI 302 вмонтированная в столешницу узкого столика на колесиках. Судя по массивным лапкам и монументальности всей швейной машинки — она легко могла сшить вместе несколько валенок и пристрочить поверх руку неосторожного портного. Девиз швейной машинки: «сила и мощь». Стиральную машинку, судя по таблице режимов, затачивали на рачительное использование воды и энергии — ее девиз скромнее: «экономия». Хотя, шестьдесят литров воды за один полный цикл стирки восьми килограмм белья — это много. На борту баки на четыреста сорок литров воды — семь стирок и все. Правда, в марине пополнить запасы, обычно, не проблема, а в море запас воды потихоньку пополняет опреснитель. Но все равно, шестьдесят литров за раз — как-то жирно.

Забитые шкафчики и полки даже проверять не стал, просто заглянув. Лодка требует многодневной, вдумчивой инвентаризации. И многомесячного осваивания оборудования.

Напротив бытовки жилая каюта правого борта. Поднял лючки пайола, глянул в трюм, посветив фонариком. Сухо. В предбаннике Катюха распаковывает в шкаф свой рюкзак. За ней видно уже оккупированное нашими сумками двуспальное место, а под ним угадывается рундук забитый продолжением списка закупок. Задерживаться не стал.

Поднялись для ревизии кают-компании.

Тут перестраивалась левая часть — убрали короб холодильника с наплывами, и в освободившееся, весьма просторное, место воткнули дубль пост рулевого. Основной пост рулевого на корме, аккурат между двух шлюпбалок. На открытом всем невзгодам насесте. Рулевой должен видеть не только все вокруг, но еще и паруса — вот и сложилось исторически местонахождение рулевого на паруснике в кормовой, возвышенной части. Только в северных широтах, за открытым всем штормам штурвалом, в снег и ледяные брызги — очень некомфортно. Особенно когда ревматизм шалит и возраст намекает.