Попаданка с характером, или Жемчужина для дракона

Заклинания снова вел ректор. Видимо, магистру Файнбергу, который вел предмет ранее, понравилось неожиданно образовавшееся свободное время, и он не спешил требовать свои преподавательские часы обратно. Девушки из нашей группы уже привыкли, что занятия ведет глава академии, и их наряды радовали глаз декольте разной степени открытости. «Конечно, ректор и сам по себе производит впечатление, – подумала я, когда мужчина вошел в аудиторию, – а если еще учесть, что он герцог…»

Природа и правда не обидела милорда Рэйнарда. Он был высок, широкоплеч, с тонкой талией и строгим лицом с немного резкими, но привлекательными чертами. Вспомнив, как вчера он пришел мне на помощь, когда я забрела в неблагополучный квартал, испытала невольный прилив благодарности. Да и обращался он со мной достаточно благородно, учитывая, что я невольно забрала что-то очень ценное для него.

Попыталась представить эквивалент в нашем мире: что бы делал какой-нибудь олигарх, если бы я украла у него миллион долларов, а потом сказала, что не могу вернуть? Забыла код от сейфа, и где сам сейф, тоже не знаю? Боюсь, мне бы не поздоровилось. А ректор пока лишь требует, чтобы ходила к нему на «сеанс поцелуев».

Вспомнив, что сегодня мне предстоит еще и это, ощутила легкий холодок. Хотя, может, он был связан с тем, что студенты начали демонстрировать заклинания заморозки? Поежившись, я поторопилась тоже заморозить воду в колбе и удостоилась одобрительного кивка. Это было приятно: все-таки хорошо, когда что-то получается! Тем более если это не скучный отчет по продажам за квартал, а самая настоящая магия.

– Теперь открываем тетради и записываем новую тему, – произнес милорд Рэйнард, стоя у первой парты.

Сидевшая за ней брюнетка – вроде ее звали Корин – воспользовалась моментом, чтобы уронить карандаш и медленно поднять его, продемонстрировав содержимое декольте. Интересно, когда одногруппницы успели перешить строгие закрытые форменные платья? Еще вчера девушки были одеты одинаково, а сегодня – у кого неуставной вырез, у кого – оборка на юбке, платок на шее или еще какие-то украшения. В общем, старались как могли. Вон Корин едва ли не на четвереньки встала в бесплодных попытках добыть заинтересованный взгляд преподавателя и свой карандаш из-под парты.

Милорд ректор, впрочем, на ее телодвижения никак не отреагировал, а потом и вовсе отвернулся к доске, где по одному взмаху руки возникло изображенное мелом новое плетение. Корин, надувшись, принялась угрюмо перечерчивать рисунок. Я подавила улыбку. Видимо, ректор уже привык выдерживать натиск студенток, мечтающих стать герцогинями. Ох, что было бы, узнай они о наших встречах и происходящем на них… Надеюсь, это так и останется тайной.