Жрец Хаоса. Книга I

Горг оказался редкой, вымирающей животиной — этакая странная помесь пса, рептилии и, возможно, саблезубого кошака. Уж очень его клыки напоминали кривые кинжалы, торчащие из пасти.

Чешуйчатая кожа покрывала мощное тело, а ядовитая кровь делала его опасным даже после смерти. В книге утверждалось, что алмазное лезвие не могло разрезать его шкуру — проверено экспериментально. Взрослая особь вымахивала до четырёх метров в длину и полутора в холке. Не лошадь, конечно, но солидный зверь.

Что удивительнее всего — эта тварь одинаково хорошо чувствовала себя и в палящий зной, и в лютый холод. Как рептилия обходилась без спячки, оставалось загадкой. Добавьте к этому умение быстро бегать, отлично плавать, а если верить некоторым заметкам на полях — даже лазать по деревьям. Получался идеальный хищник, практически непобедимый в естественной среде.

Княгиня не зря так цеплялась за своего горга. В энциклопедии говорилось, что эти создания давно не встречались семьями, а отдельные особи считались большой редкостью. Фактически вид признали вымершим. Но больше всего меня заинтересовало другое, что же могло убить такое существо?

В тех обрывках воспоминаний, что показал мне горг перед смертью, мелькало нечто… некое существо, после встречи с которым он начал слабеть. И самое странное — на его шкуре не было ни царапины. Ни единого повреждения. Так от чего же он умер? От тоски по свободе? Или от чего-то более страшного, что не оставляет внешних следов?

Я провёл пальцем по странице, где перечислялись физические характеристики. Ни слова о магических способностях, ни намёка на то, что эти существа могут достигать самосознания. А между тем в тех же воспоминаниях явно чувствовались воля, разум, даже какая-то своя, странная магия.

Горг отдал свою жизнь, чтобы подлечить меня. Теперь, глядя на волка Резвана, я понимал, насколько мы отличаемся. Даже его острые клыки вряд ли смогли бы прокусить шкуру моего покровителя. Хотя…

Я припомнил, как горг сам вскрывал себе шею когтями. Значит, уязвимые места всё же были. Глаза, шея, возможно, именно там и стоило бить, если вдруг… когда-то придётся встретиться с кем-то подобным в бою.

Закрыв энциклопедию, я отправился на первый урок к княгине Угаровой. Пришло время изучать основы химеризма.

* * *Прежде чем приступить к обучению, бабушка решила устроить мне небольшой ликбез. Она сидела в своём кресле, обложенная фолиантами, а её пальцы неторопливо перебирали страницы старого атласа.

— Понимаешь, Юра, — начала она, пристально глядя на меня, — химеролог — это не творец чудовищ, как думают обыватели. Наш дар — создавать искусственных существ, комбинируя генетический материал разных форм жизни. Но и тут есть свои жёсткие правила.

Она прикрыла книгу, и корешок глухо стукнул по столу.