Хан

— Все хорошо, не бойся, — попыталась улыбнуться я, чувствуя себя даже сейчас неловко, оттого что пришлось заговорить, и весь наш обман всплыл наружу в этот страшный момент, обернувшись к Симран, — пообещай, что с ними будет все в порядке.

Она усмехнулась, чуть дернув бровью:

— Обещаю лишь то, что ему не дадут умереть от кровопотери. По крайней мере, не сегодня. Забирайте его уже! Сколько можно ждать!!

Мужчины закопошились, вытаскивая скученного от боли Искандера, но, что меня немного успокаивало, делали это без излишней агрессии и злобы, не пытаясь причинить своими действиями еще больше боли.

Когда двери захлопнулись и были заблокированы, я поняла, что пути назад нет, вытягиваясь на своем месте и глядя на свои окровавленные руки и одежду, которые пропиталась кровью Искандера.

— Покатаемся, сладкая? — Симран повернулась спиной, потянувшись к зажиганию, и выплевывая, — Или как тебя называет мой муж? Мавиш? Подумать только, до чего же трогательно!

Машина тронулась вперед, удаляясь с каждой секундой от джипов, куда посадили Искандера."

"— А ведь знаешь, у Теомана было много девушек. И в том числе светлоглазых, но только ты стала Мавиш. Забавно, да? Думаю, ты сама не ожидала, что такой мужчина, как он западет на тебя?…

Я молчала, старясь дышать ровно и мыслить холодно и спокойно, потому что только это могло спасти меня в этой ситуации. Если девушка была безумна, то я должна была быть спокойна…как Хан. При любых обстоятельствах. Я надеялась, что мне просто нужно немного потянуть время, чтобы меня нашли…и спасли….я так на это надеялась.

— Что молчишь? При мне нет необходимости носить эту маску немой Лейлы, Алия!

Я на секунду прикрыла глаза, чтобы неслышно выдохнуть и посмотреть прямо в эти безумно полыхающие от ненависти карие глаза. Мой голос даже не дрогнул, когда я спросила спокойно и подчеркнуто вежливо:

— Что ты хочешь от меня услышать, Симран?

От ее глаз буквально заискрило, когда девушка впилась пальцами в руль, не понятно, как ногти не сломались от такого напряжения, когда машина снова рванула вперед, словно мое показное спокойствие ударило ее почти физически, отчего на лице появились розовые пятна.

— Ничего не хочу! Я все знаю о тебе! ВСЁ! Где родилась, как жила, с кем общалась. Что стало с твоей семьей, и по какой причине тебя занесло прямо в руки Теомана! Когда я увидела тебя впервые, то даже внимания не обратила — ты была никем, серой мышью, безмолвной тенью, которую все втаптывали в грязь!

Симран замолчала на секунду, поднимая глаза на меня и словно пытаясь понять, попали ли в цель ее слова, которые, очевидно, должны были стать обидными и задевающими за живое.

Не попали.