Хан

Время шло, я менялась, но перед его жарким, черным, обволакивающим взглядом я всегда была той самой школьницей, которая терялась при нем, совершенно завороженная и такая влюбленная.

Я поздно подумала, что Хан был не из того типа мужчин, которые станут жилеткой для плача или мягкой подушкой, почувствовав, как на теле вслед за жаром выступили капельки холодного пота…

…вот сейчас он скажет идти к себе, и ждать звонка будильника, а потом засыпать на ходу весь день, и я послушно уйду, раздавленная и расстроенная, и уж теперь точно не смогу уснуть, придумывая план мести.

Хан хмыкнул в темноте, неожиданно откидывая часть своего покрывала, чтобы освободить место рядом с собой, и проговорил тихо и мягко:

— Гель… (тур. Иди)

На секунду замерев и не веря собственному счастью, я не смогла сдержать широкой улыбки, поспешно прошагав до его кровати, и осторожно вытягиваясь рядом с ним, окрыленная и счастливая, чувствуя, как Хан укрывает меня сверху мягким, приятным на ощупь покрывалом, разворачиваясь боком и прижимаясь к моей спине всем горячим телом, обнимая рукой.

Это был мой самый настоящий Рай!

И больше ничего было не нужно, когда я притихла, надеясь, что в этой темноте не слышно, как грохочет мое сердце, захлебываясь от восторга и непередаваемой нежности.

Жар его сильного, стройного тела.

Его пьянящий аромат.

Его надежные руки были той нерушимой стеной и опорой, за которой был не страшен ни один жизненный шторм.

Растянувшись в его объятьях и ощущая терпкое вкусное дыхание на своей шее, я хотела остановить время, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась, прошептав:

— Ты не злишься?…

— А похоже, что злюсь? — усмехнулся он, чуть касаясь губами кончика моего уха, отчего золото в моей крови стало медленно, но верно нагреваться, пробуждая в теле гул, отчего оно становилось тяжелым и излишне чувственным, словно оголенные провода.

-..не похоже…

Хан усмехнулся снова, не пытаясь, однако, сделать и попытки, чтобы начать приставать, и дыша глубоко и ровно, пока я блаженно вдыхала его аромат в себя, купаясь в нем и наслаждаясь всем существом.

— Тео?… — прошептала я, словно пробуя на вкус его имя, произнося его впервые и чувствуя, как напряглась рука мужчины, обнимающая меня.

— Тео? Странно слышать это из твоих уст, девочка.

— И мне странно…. — помолчав, потому что не была уверена в том, следует ли это говорить именно сейчас, и боясь нарушить наш маленький темный рай, я все-таки просипела едва слышно, — …я узнала о том времени, когда ты был именно Тео, а не Ханом…

Напряженно застыв, я ожидала его ярости.

Того, что сейчас он отправит меня спать к себе, но Хан снова усмехнулся, чуть покачав головой:

— Стараниями моей дорогой сестренки?

— Пожалуйста, только не ругай ее!!!

— Не буду.