Хан

Когда Каан говорил о Хане, это всегда звучало, как угроза или предупреждение.

А еще как большой упрек и язвительная насмешка.

— Неужели ты не понимаешь, что если он привел тебя в этот дом, то больше не отпустит?…

Кажется, Каан замолчал, потому что что-то пил, хмыкнув и добавив:

— Думаешь, я в восторге от этого?….

Мужчина снова отпил и поднялся с дивана большой черной фигурой, махнув рукой в сторону двери.

— Забудь эту дорогу, девчонка. Она закрыта для тебя.

С лязгом поставив на стеклянный столик свой бокал, Каан буркнул что-то себе под нос на родном языке, размеренно двинувшись к лестнице, когда я немного пришла в себя, понимая, что меня, видимо, пытались обвинить в побеге, убрав ладони от лица, и глядя во все глаза на плечистого мужчину, чей силуэт не отбрасывал даже тени в этой темной комнате, прошептав:

— …но я не собиралась.

— СУС! (молчи) — рыкнул он приглушенно, дернувшись резко и злобно, — Не забывай, кто ты!..

Я закусила губу, опустив глаза и на секунду закрыв ресницы, погрузившись еще в большую темноту.

Да, я — Лейла. И я не могу говорить.

Я молча наблюдала за тем, как Каан поднимается по лестнице, даже не оборачиваясь на меня, словно абсолютно уверенный в том, что я никуда не денусь.

И, да, он был чертовски прав.

Я была словно в клетке, из которой едва ли могла выбраться.

Даже если этого хотела бы….

…даже если после его слов, мысль о побеге засела где-то внутри меня, как запасной вариант развития событий. Я сделаю это, если будет еще тяжелее…я сделаю это.

Потоптавшись еще на месте, бессильно сжимая и разжимая кулаки, я не знала, куда мне идти теперь и что делать, раздавленная еще больше от своего положения и безысходности."

"Меня приволокли в этот дом, словно игрушку, не дав даже имени….закрыв все двери и оставив на какое-то время, вот только ради чего?…

Покосившись еще раз на дверь, а потом вверх на лестницу, где только что скрылась фигура Каана, я потерла глаза, желая в этот момент лишь одно — уснуть и позабыть про все.

Про Хана. Его жену…пусть даже бывшую. Даже про себя забыть.

— …а еще лучше захлебнуться водой и тихонько умереть… — приспела я себе под нос, зашагав дальше, куда и собиралась пойти, на кухню.

Тихую. Темную. Одинокую.

Чтобы найти что-нибудь очень холодное и желательно превратиться в ледяную статую.

Пытаясь не чувствовать себя мелким вором в доме, который не был мне родным и понятным, я вошла осторожно, словно готовая убежать в любую секунду, засомневавшись на пороге — а могу ли я в принципе сюда входить? Глупо было бы думать, что меня будут ругать за стакан воды, но все-таки.

Всего лишь вода. Ледяная и приводящая в чувство.

Это все, что мне было нужно, чтобы уснуть.