Halo: Призраки Оникса

Это превращало ""Точку Невозвращения"" в один из самых засекреченных кораблей на всём флоте ККОН."

"Построенная по частям, а затем собранная в глубоком космосе, ""Точка Невозвращения"" стала самым большим из всех когда-либо построенных кораблей разведывательного класса. Обладая размерами эсминца, судно было полностью неуловимо для радаров, а когда его двигатели работали на мощности ниже 30%, оно ничем не отличалось от межзвёздного пространства. Таким образом, ""Точка Невозвращения"" стала штабом полевого

командования и центром управления для Третьего отдела Службы военной разведки ККОН.

Очень немногим довелось увидеть этот корабль, ещё меньше счастливчиков побывали на его борту, а доступом к этому помещению во всей галактике обладали только 20 офицеров.

Белая стена разошлась в разные стороны и внутрь вошли трое человек. Их сапоги простучали о металлическую решётку.

Первым вошёл контр-адмирал Рич. Ему было всего сорок лет, но волосы уже покрылись сединой. Именно он командовал тайными операциями в Третьем отделе и отвечал за каждую полевую операцию, исключая те, что касались программы ""Спартанец-II"" доктора Халси. Усевшись справа от Акерсона, он взглянул на воду в графине и нахмурился, после чего вытащил и открыл личную золотую фляжку. В нос Акерсону тут же ударил запах дешёвого виски.

Следующим был капитан Гибсон. Этот человек передвигался словно пантера, сильно опускаясь при шаге, что говорило о том, что он недавно был в невесомости. Капитан был штабным офицером, отвечающим за спецоперации. В целом, тот же контр-адмирал Рич, только занимающийся грязной работёнкой.

И, наконец, вошла вице-адмирал Парангоски.

Двери сразу же закрылись за ней. После нескольких щелчков замки встали на место, и комната погрузилась в необычную тишину.

Парангоски осталась стоять и осмотрела всех своим стальным взглядом, пока наконец не остановилась на Акерсоне.

— Надеюсь, у вас была очень веская причина, чтобы собрать нас всех здесь по закрытым каналам, полковник.

Вице-адмирал выглядела весьма хрупкой женщиной, и казалось, будто вместо фактических семидесяти лет ей было все сто семьдесят. Но это было обманчивое впечатление: Акерсон считал её одной из самых опасных фигур в ККОН. Если кто-то и обладал реальной властью над СВР, так это она. Насколько ему было известно, лишь один человек перешёл ей дорогу и остался жив.

Полковник Акерсон выложил четыре планшета на стол. На их боках загорелись биометрические сканеры.

— Прошу, адмирал, — сказал он, — если вы не против.

— Прекрасно, — проворчала она и уселась. — Я слушаю.

— Здесь ничего нового, Маргарет, — пробубнил адмирал Рич.

Она посмотрела на него пронзительным взглядом, но промолчала.

Трое офицеров изучили документ.