Халид. Во власти врага

Цербер появился раньше, чем Халид был достаточно взрослым для этого. Так называли другого человека? Газеты приписали старые грехи Церберу, хотя в девяностых орудовал другой человек? Или просто это титул, возможность вечно держать власть?

Не так важно. Халиду было двадцать пять, когда моя жизнь в очередной раз разделилась на «до» и «после». Достаточно взрослый и сильный, чтобы вести за собой людей. Почему-то не сомневаюсь, что в этом мужчине твёрдый стержень был с рождения, когда мой вживили опытным путём. Укрепляли всю жизнь, чтобы теперь я сама его согнула.

Из-за чувств не к тому мужчине. У него руки в крови, я ведь знала изначально. Но это не так жгло сознание, когда он касался меня. Но теперь в тех красных разводах присутствует кровь моей семьи.

И это принять я не могу.

– Не разочаровывай меня, Ада, - произносит, когда мы добираемся до кафе. Вся дорога смешивается в размытое пятно. Я будто выпадаю из реальности, а после включаюсь, понимая, что прошло несколько часов. – Я считал тебя достаточно сильной для этой правды.

– Я сильная.

И ты даже не представляешь насколько, Халид.

Потому что вместо того, чтобы вцепиться в него, держу себя в руках. А мозги вспоминают, что такое строит планы. Не провальные, а долгие, уверенные.

Я смогу, я справлюсь. Пробуду рядом достаточно долго, чтобы найти его слабые точки, усыпить бдительность. Все когда-то шибаются, Халид не исключение. Уже дважды это доказал.

Когда оставил меня в своём доме, рассказал правду о Цербере. Будет третий, фатальный. У меня хватает причин желать ему смерти и достаточно выдержки, чтобы перетерпеть.

Буду ненавидеть саму себя за то, что плыву от его касаний. Что в животе всё узлом завязывается, когда он целует. Возненавижу, но выстою.

У меня было другое имя, когда я заходила в детдом. Но стала Адой, как напоминание, что меня больше не сломить.

Только закрываю глаза, представляю как взвожу курок и стреляю в Халида… И мне хочется кричать, до хрипоты, срывая голос и до крови кусая губы. Потому что это не так просто. Не так легко убить того, кого… любишь?

– Халид, Ада, - Шамиль кивает нам, уже дожидаясь за столиком.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Не слышу о чём они говорят. Мелькает имя Розы, объяснения мужчины, холодный голос Халида. Всё существует фоновым шумом.

Люблю.

Это не должно быть громом среди ясного неба, всё ведь понятно давным-давно. Но гром гремит, меня трясёт.

Люблю чертового Цербара.

Мужчину, забравшего мою невинность, семью, свободу.

Люблю.

И даже зная, кто на самом деле прячется за именем Халида, от чувств избавиться не получается.

– Мне жаль, что так получилось, - из-за тишины понимаю, что обращаются ко мне.