Халид. Во власти врага

Я ведь даже в академию пошла ради возможности подобраться ближе к Церберу.

Да, посадить плохих людей было целью, но побочной, не столь важной. Я ведь впахивала ради одного. Закончить всё, отомстить, разобраться. Цербер убил мою семью, он разрушил её и меня заодно. Я знаю, что бандит не виноват в том, что в детдоме жили звери.

Но он виноват, что я туда попала.

Что тоже стала зверем.

–Ты сейчас единственный человек, с которым я общаюсь, Халид. Ты запираешь меня, держишь под контролем. И я не могу сделать шага. Зажата в клетке. А в клетке, Халид, звери умирают.

– Ты ведь не зверь, Ада, - его ладонь скользит по лицу, разворачивает к себе. Смотрит так внимательно, что у меня ноги подгибаются. – Ты привыкнешь. Тебе уже нравится, просто слишком своенравная, чтобы это признать.

– Ты прав. Я всего лишь человек, Халид. А люди в летке… Привязываются. Очень удобно. Ты мой палач и спаситель в одном лице.

А я не хочу ни того, ни другого.

Поэтому лишь вопрос времени, когда я уйду.

Обратно к прежней жизни или в новую – не важно.

Но с Халидом я не останусь.

Не смогу.

Глава 61. Халид

– Ты слишком много думаешь.

Давлю на грудь девушки ладонью, заставляя сильнее вжаться в меня. Всё не пойму, что в её голове крутится. Признанием своим будто скручивает, выжимает из меня последние крохи адекватности.

Если надеялась добиться свободы и моей жалости – неверный расчёт. Во мне отродясь жалости не было. Да и вряд ли к Аде можно было её испытывать. Она сильная, с гордостью и огоньком в медных глазах. Она вызывает уважение, но никак не жалость, которую испытываю только к никчёмным людям.

И отпускать её не намерен. Девушка может сколько угодно крутить носом, и я ей это позволяю. Но у всего есть границы. Если я таскаюсь по вечерам домой, чтобы мне мозги выедали – то значит, что никуда Ада не денется.

Моей будет.

Уже моя.

Просто упрямая до окостенения, ничего признать не может.

– Я всегда думаю, Хал.

Так странно сокращает моё имя в период… Хер пойми как это назвать. Не нежность, это чувство тоже мимо меня. Во время секса её «Халид» звучит проклятием и бранью.

Скорее всего, этот момент можно назвать откровением.

– Вот тут, - указывает пальчиком на свой висок, пока я убираю её волосы в сторону. – Всегда процесс идёт.

– И о чём сейчас думаешь?

– Как счастлива с тобой.

Язвит, за что получает шлепок по заднице. Привычно вскрикивает, вздрагивает. И пытается вывернуться, но я продолжаю. Сжимаю упругую половинку ладонью. Мну, впечатываюсь в неё пахом.

Если бы я всю жизнь членом думал – ничего бы не добился. Секс это кайф, но после дела. А вот с этой колючкой всегда стоит. Мысли, что не впускать бы из постели вообще, не покидают.

– А если реально?

– Я тебе все мысли и желания выложила, Халид. Просто ты ничего не слышишь. Понимаешь? Я загнусь в твоей клетке и доме.